Все когда-нибудь подходит к концу.
— Я сказал — съебись из кадра, — повторил он медленно. — Или объяснить популярно?
Серая фигура наклонилась… Вложив в удар всю силу и злость, старик взмахнул костылем…
* * *Иван услышал за спиной далекий глухой вой и передернул плечами. Ветер, наверное. В тоннелях всегда ветер.
На то оно и метро.
Глава 10
Венеция
Военные медики, один из которых подлатал его, остались позади мерцающим электрическим пятном. Так, начал мысленно загибать пальцы Иван. Чернышевскую я прошел, Площадь Ленина тоже, сейчас Выборгская. Верно?"
"В отличие от блокпостов Альянса, выборгский был чисто формальный. Никаких мешков с песком, пулеметов, никаких прожекторов. Прямо посреди тоннеля стоял стол с конторкой, за ним два стула. На стульях лениво развалились два человека в серой форме с автоматами. Дальше по тоннелю находилась выгородка — сиденья из метровагона составлены уголком. Интересно. Иван увидел расползшийся от старости коричневый дерматин. На одном сиденье спал человек в гражданском — задержанный, что ли? Освещалось все это единственной лампой, запитанной от аккумулятора. Иван заметил под столом его массивный пластмассовый корпус.
Горелов поздоровался с таможенниками, кивнул.
— Откуда идешь? — спросил таможенник. У него был замороженный равнодушный взгляд.
— С Восстания, — Иван знал, что это вызовет расспросы, но откуда ему еще идти? Против ожидания, таможенник не стал допытываться дальше, а просто кивнул — понятно.
— Что несешь?
— ГП-шки на продажу. Ну, и по мелочи.
— Показывай.
Иван расстегнул сумку, показал противогазы и фильтры. Таможенник хмыкнул.
— Цель посещения, — он раскрыл толстую тетрадь в клеточку, послюнявил карандаш. — Пишу: бизнес. С тебя два патрона.
Иван кивнул — понятно, куда без пошлины.
— А что так много-то? — спросил он.
— Время такое, — сказал таможенник. Аккуратно вырвал листок из тетради, протянул Ивану. — Плати или топай обратно.
— Тяжелое время, — сказал Иван.
— Да уж, — согласился таможенник. — Не без этого… Слышал новости? Придурки с Васьки вон бордюрщиков перебили зачем-то. Всех подряд — и женщин, и стариков тоже. Ну, не дебилы, спрашивается?.. Хотя чего я тебе рассказываю? Ты сам лучше меня… — он нахмурился. — Э, ты чего побледнел? Да ты что, тоже из бордюрщиков?
— Да, — Иван пошатнулся. Голова снова кружилась. То ли от долгой ходьбы, то ли просто так.
— Понятно, — сказал таможенник. — Извини, друг. Я вот раньше вашего брата не очень любил, честно, но это же абзац совсем. Нельзя так с людьми. Чего эти василеостровцы с цепи сорвались?
Иван снова увидел: Гладыш, оскалив зубы, вгоняет лом в неподвижное тело. Брызги крови.
— Это не они, — с трудом сказал Иван. — Это… адмиральские были…
От явной лжи свело челюсти.