Как вас зовут?
— Лали.
— Как?
— Ла-ли. Грузинское имя.
* * *Обитали они с братом на маленьком островке — примерно в метрах трех от большого острова. Лали потянула за веревку, выдвинула доску и положила ее так, чтобы получилось подобие моста. Путь готов. Иван с сомнением посмотрел на узкую полосу дерева, под которой плескалась черная опасная вода.
Лали перешла, практически не глядя. Иван заворожено смотрел, как двигаются ее ноги под юбкой, потер подбородок. Очень… ловкая. Потом решился и неуклюже перебежал по доске сам.
Теперь они сидели в их маленькой хижине (где-то за спиной Ивана тихонько тикали часы), и Лали угощала его чаем.
— Что мы можем для вас с братом сделать?
— Вы? — Иван посмотрел на нее. Он думал, девушка засмущается… Ничего подобного. — Может, это мне надо вам помочь?
Паренек сжал кулаки, лицо подергивалось.
— Нашелся помощник, — буркнул он и вышел из палатки.
— Не обращайте внимания на моего брата, — сказала она. — Он последнее время сам не свой. Он был на ярмарке на Садовой-Сенной и там ему разбили сердце.
— Сочувствую, — сказал Иван. — Это бывает. Необязательно на ярмарках, но бывает. И что произошло дальше?
Лали улыбнулась.
— Дальше она уехала, а он заочно ревнует к ней всех мужчин старше двадцати и моложе столетнего старца. Она назвала его мальчиком, понимаете?
Еще бы, подумал диггер. Мы такого не прощаем.
— У тебя интересное лицо, — сказал Иван, переходя на «ты».
Девушка улыбнулась.
— Я наполовину грузинка, — пояснила она. — А мой брат наполовину русский. Поэтому он такой бука. — Пейте, — она протянула Ивану кружку. — Ему хочется быть или грузином или русским, посередине его не устраивает. Это он так говорит. Но на самом деле тут виновата женщина.
— Кто она?
Лали наклонилась к Ивану. Ее длинные волосы коснулись его щеки.
— Ведьма, — шепнула Лали. Ивану стало щекотно ухо. У нее был прекрасный чистый тон. Настоящее звучание. Юная, но уже женщина. Не потому что успела ей стать, а по внутреннему ощущению самой себя. Девушка ждет мужчин, а женщина ими правит. И подчиняется. Но правит.
Грузинская принцесса, подумал Иван.
* * *После ужина (тот же самый угорь, тушеный в каких-то темных, чуть отдающих кисловатой остротой, листьях), Лали принесла чай. Иван сидел, смотрел на нее — не все время, а словно держал в поле внимания, как в дигге все время держишь напарника. Но там, наверху, это не было подкрашено, как стакан воды розовым витаминным раствором (мультивитамин для детей, сироп с клубничным вкусом. Редкая сладость), сексуальным влечением. Все, что делала Лали (грузинская принцесса) Ивану нравилось, это было женственно и спокойно, с темпераментом и взглядами из-под ресниц. И в этом не было ничего щенячьего, ничего наигранного.