В мире после Последней Войны человечество скрылось в подземном метро Подмосковья. В этом мрачном царстве голода и нужды остаются веры, любовь и надежда. Трилогия раскрывает судьбы людей, борющихся за выживание среди туннелей и опасностей.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Метро 2033: Под-Московье (трилогия)» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В мире после Последней Войны человечество скрылось в подземном метро Подмосковья. В этом мрачном царстве голода и нужды остаются веры, любовь и надежда. Трилогия раскрывает судьбы людей, борющихся за выживание среди туннелей и опасностей.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В мире после Последней Войны человечество скрылось в подземном метро Подмосковья. В этом мрачном царстве голода и нужды остаются веры, любовь и надежда. Трилогия раскрывает судьбы людей, борющихся за выживание среди туннелей и опасностей.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Одна щека у нее была оцарапана, на лбу пятно от сажи. Самой Кошке жутко хотелось чаю, но в суматохе кто-то опрокинул котелок в костер.
Неугомонная Петровна пошла выяснять, что случилось. Оказалось, что то были какие-то бандиты с Ленинского, которых гнали до самой Шаболовки, и только здесь удалось двоих завалить, а еще двоих, раненых, разоружить и взять в плен. Петровна охотно рассказывала всем эту новость и чувствовала себя в центре внимания. Нюта сидела, обхватив плечи руками, и вид у нее был несчастный.
— Э-эх, девчонки, — снисходительно говорила Петровна, поглядывая на них, — ничего-то вы в жизни еще не видели! Мы, старшие, вам сто очков вперед дадим. Я тут давно живу, всякого насмотрелась. То, что щас на Ленинском, — это так, чепуха. Постреляют чуток, нескольких, может, порешат сгоряча, да и успокоятся. Вот раньше было не то. Старожилы до сих пор помнят Большой Беспредел. Вот были времена! Кровь рекой лилась, власть чуть не кажный день менялась. Бывало, спать ложишься и не знаешь, при какой власти наутро проснешься, да и проснешься ли вообще? И люди тогда были — не чета нынешним. Это сейчас уж все, что можно, поделили, всех перебили, да и успокоились малость. Но кое-кто из тех, прежних, до сих пор, говорят, по туннелям шляется. Говорили люди, что видел кто-то недавно Гастролера — значит, снова жди беды… Вам-то повезло еще — то ли дело нам в свое время довелось пережить! — старуху, похоже, заклинило. — Да что там власть! Станции, и то чуть ли не кажную неделю переименовывали. Нашу Шаболовку не стали трогать, правда, хотя Роджер хотел поначалу. Да испугался, что народ бунтовать начнет. Сам себя собачьей кличкой называть велел — ладно, а станцию трогать не моги, на святое не покушайся. Тот же Ленинский, к примеру, несколько раз переименовать хотели — в Живодерную слободу, как место здешнее встарь называлось, или, попросту, в Живодерку. А иные предлагали Кровянкой назвать, как речку, что под землей текет поблизости. Но потом все же старое название вернули — чтоб челноки не пугались через эти станции ходить. А то и грабить будет некого… Академическую тогда переименовали в Шарашку. И то верно, там если парочка академиков случайно где и затесалась, то к тридцать третьему году уж точно всех извели. А Профсоюзная стала зваться Разгуляй. А все равно половина по-старому называет — кому как удобно, тот так и зовет. Тем более, что бандиты своих авторитетов тоже академиками кличут. Ну, а Черемушки, вроде, как были, так и остались, уж и не упомню. Вы меня слушайте — я много повидала, много чего рассказать могу.
— Да что ты видела, старуха? — не сдерживая раздражения, буркнула Кошка.
