Он был уже немолод, Артем видел седую щетину на его щеках и подбородке и серебристые нити в коротких черных волосах. Но от него веяло силой, уверенностью в себе, он был весь жесткий, подобранный, словно даже здесь, на тихой и светлой станции, был готов в любой момент встретить опасность и не дать ей застать себя врасплох.
Теперь только один Артем все еще бесцеремонно разглядывал пришельца, а остальные люди, стоявшие в очереди, сначала понукали парня, требуя продвигаться вперед, а потом стали попросту обходить его.
– Артем! Ты чего там так долго? Смотри, опоздаешь! – подошел Данила.
Услышав его имя, сталкер обернулся в сторону Артема, внимательно оглядел его и вдруг сделал широкий шаг к нему навстречу.
– Не с ВДНХ? – спросил он глубоким звучным голосом.
Артем молча кивнул, чувствуя, как у него затряслись поджилки.
– Не ты Мельника ищешь? – продолжил тот.
Артем кивнул еще раз.
– Я Мельник. У тебя для меня что-нибудь есть? – сталкер посмотрел Артему в глаза.
Артем поспешно нашарил на шее шнурок с гильзой, с которой, словно с талисманом, было уже даже как-то странно теперь расставаться, и протянул ее сталкеру.
Тот стащил кожаные перчатки, открутил крышку и бережно вытряхнул что-то из капсулы на ладонь. Маленький клочок бумаги. Записка.
– Пойдем со мной. Извини, вчера не смог, позвонили, когда мы уже наверх шли.
Наспех попрощавшись с Данилой и поблагодарив его, Артем поспешил за Мельником по эскалаторам, ведущим в переход на Арбатскую.
– От Хантера никаких известий нет? – несмело спросил он, еле поспевая за широко шагавшим сталкером.
– Вообще ничего от него не слышно. Я боюсь, теперь про него надо у ваших черных спрашивать, – через плечо глянув на Артема, ответил Мельник. – Зато с ВДНХ новостей даже слишком много.
Артем почувствовал, как у него сильнее забилось сердце.
– Какие? – он постарался скрыть свое волнение."
"– Хорошего мало, – сухо сказал сталкер, – черные опять пошли в наступление. Неделю назад был тяжелый бой. Пятеро человек погибли. А черных там, кажется, все больше становится. Со станции вашей люди начинают бежать. Говорят, не могут выдержать ужаса. Так что прав был Хантер, когда говорил мне, что у вас там что-то жуткое кроется. Чувствовал он.
– А кто погиб, не знаете? – испуганно спросил Артем, стараясь припомнить, кто должен был в тот день дежурить, неделю назад? Какой это был день? Женька? Андрей? Только не Женька…
– Откуда мне знать? Да там ведь мало того, что нежить лезет, так еще и с туннелями вокруг Проспекта Мира какая-то чертовщина. Люди память теряют, несколько человек по пути умерли.
– Что же делать?
– Сегодня заседание Совета будет. Послушаем мнение старейшин браминов и генералов. Только вряд ли они чем-то смогут помочь твоей станции.