Вернувшийся Панов стал набирать текстовое сообщение для группы, которое точно никак не подслушают. Объявил, что заметил пассажиров под полом. Приказал ничего не предпринимать и готовиться к любой ситуации. Также он рассказал о предложении пилотам просто высадить нас над городом. Ведь чернокрылым небо — родная стихия. Но японцы заявили, что у них приказ приземлиться и десантировать нас не станут.
«Покровский, когда самолёт почти остановится, делай то, что собрался».
Я хмыкнул и просто кивнул. Да, Люмьер, можешь выйти.
Белый двухвостый кот мягко приземлился мне на колени и тут же позволил себя погладить Яне. Я сказал ему не определять её как «самку хозяина»: ничего подобного нет.
— Командир, он тут учуял скрытого фамильяра.
— Ясно, значит, зашевелились… А он справится? — поинтересовался Панов.
В следующую секунду Люмьер сорвался с места с какой-то невообразимой скоростью, на лету меняя форму. Оттолкнувшись от фюзеляжа вдали, он вернулся к нам с призрачной летучей мышью в зубах.
Хозяин пытался её отозвать, но фамильяр сразу понял, как этому помешать. Существо было заточено на скрытность и безмерно уступало в мощи древнему духу из аномального мира. Пыталось дотянуться до его разума или оцарапать странной силой. Но сущность котика пронизывал «священный свет» и тонкие эффекты не срабатывали.
— Молодец, можешь съесть, — я потрепал голову между острыми ушками. Челюсти сомкнулись — чужая энергия и осколки сущности сделали моего котика немного сильнее.
В следующую секунду на место, где прятался неизвестный, обрушился шквал атак магии души, которые легко проходили сквозь обычную материю, поскольку двигались не совсем через наш материальный мир. Как те тени — лишь скользили на границе.
— Вы не перегнули? — спросила Высоцкая.
— Ничуть, — командир сложил руки на груди. Пилоты наверняка следили за нами через камеру, но предпочли не дёргаться. — Знаете, для интересующихся расскажу, как нас могли ограбить. Жемчужина и работающие артефакты реликтов — это сокровища. К тому же они не могут быть уверены, что у нас нет пространственного хранилища, в котором их ещё больше. Так вот, нас могли попробовать усыпить в комнате или подослать менталиста. Или могли встать на пути в момент выхода.
— Почему именно тогда? — спросил Пламенев.
— Безопасность перед носом, нервы на пределе, мы многое пережили и вымотаны. Назаров, извиняюсь за прямоту, выглядишь как нежить. Возьми отпуск после возвращения, слетай на юг.