Автор
В тихом московском булошном ресторане, Рая чувствует себя непривычной и напряженной. Её взгляд скользит по увешанным позолотой стенам и сияющим зеркалом. Вдруг она осознает, как один кружек шампанского бесследно исчезает на пол, оставляя лишь дрожащую струю разбитого стекла. Напряжение танцует вокруг неё в атмосфере ритма и смерти каждого падения капли....
Подняла на него заплаканное лицо. В её хрустально чистых глазах сейчас отражалось столько боли, что у него душу нахрен вынесло. Да что произошло?!
Но сначала успокоить. Прижать к себе. Дать понять, что он рядом.
– Всё, всё… Ты чего? Ну что ты, что…
Он гладил её по волосам. По спине. Снова и снова. Ему важно было дать понять, что она под защитой. Никто никогда её пальцем не тронет, косо в её сторону не посмотрит.
Его она…
Рая тонкими руками обхватила его торс и прижалась сильнее. Намеренно. Так плотно, что между ними не осталось и миллиметра воздуха.
Слёзы Раи выносили его из реальности. Забирались под кожу, тревожили. Давид на пару секунд прикрыл глаза.
Пусть просто почувствует, что он рядом…
Она вцепилась в его рубашку и наконец подняла лицо, заглядывая ему в глаза.
– Давид, прости… Прости нас, пожалуйста... – жалобно простонала Рая.
Холодок коснулся позвонков Давида.
Внезапная догадка пробралась в мозг.
Нас…
В голове щёлкнуло затвором. И почему-то возникла картинка летящей пули и разбитого на мелкие осколки зеркала. А в отражении того зеркала он увидел себя.
– Говори.
Он готов был ко всему.
К тому, что она не смогла принять его. Что снова на горизонте маячит этот её Олежа или любой другой парень. Почему он внезапно подумал о мнимом сопернике? Да хрен знает! Эмоции штормили, зашкаливали.
Был готов ко многому…
Но не к тому, что услышал.
– Приходила… ттттвоя жена, – Рая снова судорожно всхлипнула, отчего её миниатюрное тело зашлось в мелкой истерике.
Взрыв. Очередной внутри…
Давид Шахов прижал своего Оленёнка к груди и сипло сказал:
– Я знаю.
В горле встал комок. Он никак не мог его проглотить. И глаза… С ними тоже что-то не так. Резь появилась.
– Я люблю тебя, как же сильно я тебя люблю!..
Рая прижалась ещё сильнее. Хотя, казалось, уже некуда.
– И я, – выдохнула она едва слышно.
Но он услышал.
Огненная лавина прошлась по позвоночнику, бухнула куда-то в поясницу.
Давид прижался губами к макушке Оленёнка. Рая больше ничего не говорила, принимала его объятие и тепло.
Что может мужчина дать любимой женщине? Сложный вопрос. Многогранный. Что она примет от него?.. Этот куда актуальней.
Давид предполагал, что Фаина захочет встретиться с Раей. Он бы тоже захотел.
