Автор
В тихом московском булошном ресторане, Рая чувствует себя непривычной и напряженной. Её взгляд скользит по увешанным позолотой стенам и сияющим зеркалом. Вдруг она осознает, как один кружек шампанского бесследно исчезает на пол, оставляя лишь дрожащую струю разбитого стекла. Напряжение танцует вокруг неё в атмосфере ритма и смерти каждого падения капли....
– шептала она, обливаясь слезами и скатываясь в истерику. – Мне вырезали всё, что можно и нельзя! А… Ничего не помогает!
Метастазы продолжали завоёвывать новые территории.
Именно в тот месяц между Фаиной и Давидом случился последний секс.
– У меня фантомные боли, Дава, – призналась она, прижимаясь к нему. – Ты двигаешься, а я в бездну падаю. Прости меня, мой хороший… Мой мальчик, прости…
В другой момент он непременно прошёлся бы иронично по этому её «мальчику», но тут промолчал.
Точнее он говорил, и многое, но о другом.
Одна и на всю жизнь.
Давид нехотя переместился в кресло и сделал несколько глотков вина.
Хорошо тут… Очень хорошо.
Дом за городом они строили вместе. Фаина была талантливым дизайнером. К ней раньше запись велась на год вперёд. Она брала самые интересные и замысловатые проекты и выдавала такой результат, что её несколько раз приглашали работать в Эмираты и Италию.
Если она соглашалась, то только онлайн. Не хотела отрываться от своего дома.
Он, конечно, тоже был не в восторге от перспективы расставания с Фаиной, но при необходимости отпустил бы. Не такой уж он и шовинист, каким мог казаться посторонним людям.
Свой дом они строили с любовью, веря, что рано или поздно детские голоса наполнят его.
Сердце мужчины сжал невидимый кулак. Крепко так сжал, сдавил с чувством.
– Слушай…
– Да?
– Может, прогуляемся? Погода замечательная. К пруду сходим.
Дава посмотрел на жену. Та склонила голову и слегка прищурила глаза.
Он спрятал улыбку за бокалом.
Вот как перед ней устоять?
Правильно – никак.
– Пошли.
Они потеплее оделись. Давид снова прихватил плед.
– Что ты его за собой таскаешь? – фыркнула Фаина."
"Ещё одной причиной, по которой они купили именно этот участок, был разбитый рядом пруд. Естественно, Шахов на него сразу наложил лапу. Пруд их – и точка! Кстати, никто из администрации или из местных особо и не противился.
– Не доходят у меня руки до него, – посетовала Фаина, останавливаясь у покрывшегося белоснежной паутиной пруда.
Давид молча накинул плед ей на плечи. Пусть она в пальто и шапке, которую он натянул на неё перед выходом из дома, но у воды было прохладно.
– Дойдут.
– Угу.
Она некоторое время помолчала, потом вздохнула:
– Как же тут красиво!..
– И не говори.
