Конь под Закржевским испугался, вздыбился, пан Закржевский успел прижаться к шеи коня и через секунду тот стоял испуганно фыркая. – Ты что старая сума сошла, людей пугать? (поль). – Повернулся к ней тот.
- Испужался командир, лихой командир и испужался.
- Тьфу ты, откуда старая ты взялась (поль) – Закржевский усмехнулся – Григорий в лагере?
- Григорий в лагере вас дожидается. – Бабка Афдотья подбочинясь с лукавством посмотрела на Закржевского. – А что милок не покатаешь бабушку?
- Садись бабка!- Закржевский соскочил с коня и словно пушинку посадил ее на лошадь.
- Ух, высоко. А внучка моего посади на коня, что он у меня пешком пойдет!
- Да я пешком!- Вальтер улыбнулся и заметил на себе внимательный взгляд Закржевского, словно он пытался что – то вспомнить.
«Где – то я тебя видел?»- Подумал Закржевский
Бабка Афдотья вдруг запела
- Эй, старая ты еще музыку закажи, катайся тихо, а то скину с лошади и в сугробе оставлю. – Шикнул Закржевский
- Ох, и злой ты Владемир, бабушка можь первый раз на лошади катается.
- А может, карусель сделаем и бабушку покатаем – Хохотнул один партизан
- Я сейчас из тебя карусель сделаю Томаш – Пригрозил Владемир и вдруг вспомнил, где видел Вальтера.
Польша.
Небольшой городок. Р…..в
10 сентября 1939 г."
"Бой разгорался как костер продуваемый ветром. Они укрылись в подвале полуразрушенного дома. Полковник Бернард Рыцек, крупный, невысокий мужчина с небольшой проседью в каштановых волосах, а сейчас серые как все вокруг, сидя у стены обнимал двенадцатилетнюю дочь Марыльку, кареглазая, хрупкая была копией матери, но характером в отца, волевая, уже со стрежнем, но сейчас она напуганная маленькая девочка. Владемир смотрел на жену Богушку, она пыталась не плакать, но по вздрагивающим плечам и как она прижимала к себе родившегося 24 августа сына Берно, он понимал, что она плачет, но ничего не мог сделать. Полчаса назад они сумели добраться до своих квартир и забрать родных, но налет авиации заставил их укрыться в подвале. Жена полковника вдруг вспомнила, что в квартире остался любимец семьи, кот и бросилась назад, полковник за ней и на глазах полковника бомба взорвалась рядом с его женой, он вернулся, сел у стены и обнял дочь. – Папа, а мама где? – Марылька подняла на отца заплаканные глаза.
Владемир увидел, как серое от пыли лицо подполковника, исказилось от боли, – она сказала, что пойдет к бабушки. Мы найдем их, ты думай о другом, о школе, тебе же учительница задала на лето задание, какие стихи? – Прошептал он ей.
- Пушкина, она сказала, что бы я выбрала из времен года, – Прошептала девочка
- Вот и прочитай!
-Еще …дуют… холодные …ветры -.