В серых мирах 1943-1944 годов, когда война топила земли в крови и страхе, один рыцарь ставит цели необычные — захват замка без потерь. Глаза великого рыцаря, смуглянки, словно буравят его воображение, объясняя цель своей завоевательной войны. Здесь жестокость и благородство редко встречаются вместе, зато здесь — чистая страсть к власти и одержимость идеалами справедливости....
Вот кто автор, непонятно, и подарил ей ее отец со словами « Прочитай, а потом когда придет время, все поймешь». « О! папа как ты мне помог, теперь я понимаю, что надо делать»
Надин, бросила книгу обратно и бросилась умываться и одеваться. А еще через час она была у отца. Ошарашенный фон Кунц пытался вразумить дочь, но она была глуха к его словам.
- Я поеду в Америку пока на пару месяцев, а ты сделай, как я сказала, ты понял?
- Выслушай меня..
- Нет, никаких больше слов, будет так, как я сказала.
Фон Кунц только обреченно кивнул головой – Дочка, только послушай одну историю
- Никаких историй!- Надин бросилась в свою комнату и стала собирать чемоданы, но фон Канц. пошел за ней
- Однажды, много веков назад, одна из наших женщин совершила преступление
– Отец я уже слышала эту историю, и я не могу ничего исправить по поводу них и будьте добры мне нужно сегодня уехать , так что не мешайте мне. Или вы не любите свою дочь?
Фон Кунц кивнул – Не делай глупости! – В последний раз попробовал он вразумить дочь.
Через неделю часть того что осталось от яхты были разбросаны по всему берегу. Взрыв был такой силы, что ни одного тела было не найдено.
Фон Кунц чувствовал себя полным ничтожеством, когда почерневший от горя Вальтер приносил ему свои соболезнования, неожиданно фон Кунц снял с себя медальон и одел его на шею Вальтера – Возьми его сынок, пусть твоя боль уйдет в него!- С трудом прошептал фон Кунц.
А через три месяца Надин наслаждавшаяся в одном из театром спектаклем, упала в обморок. И ей сказали, что она беременна. Вдруг решила, что все посчитают, что она специально убежала, что бы родить и ребенок не от Вальтера. Но, вот парадокс, фон Кунцу игра дочери уже была поперек горла, и он приказал, что бы она вернулась в Германии и объявила себя живой. Надин, вернулась, с ребенком.
