В серых мирах 1943-1944 годов, когда война топила земли в крови и страхе, один рыцарь ставит цели необычные — захват замка без потерь. Глаза великого рыцаря, смуглянки, словно буравят его воображение, объясняя цель своей завоевательной войны. Здесь жестокость и благородство редко встречаются вместе, зато здесь — чистая страсть к власти и одержимость идеалами справедливости....
Уже к детям бежали взрослые, впереди всех бежала полная женщина с криками и причитаниями, она бросилась к Любушке и стала ее осматривать, слуга подхватил на руки Григория и отнес его домой. А вечером в дом к Савелию пожаловал сам Иван Ломухин, он преподнес со своего плеча шубу и девочке целую монету, для Вани достались сапоги. А на следующий день Василиса нашла в лесу маленького щенка, он был весь лохматый и серый, но на волка он не был похож. Уже в городе ее встретил Николашка, он с интересом посмотрел на щенка – Защитник! – Вынес вердикт он.
Василиса назвала щенка Ромул.
1235 год Франция
Турнирное поле.
-Конрад – Голос Вольфганга дрожал от страха, когда он смотрел на турнирное поле – я не смогу.
- Послушай, ты должен. – Конрад подошел к нему, он только что закончил точить меч.- Послушай, я видел коня Хофманна, он не подготовлен для турниров, он быстро устанет. Циммерманн с оружием как Грезет с ведром, хуже нет никого, тебе надо выстоять против Кроненберга, вот твой настоящий противник.
- Я не смогу!- Прошептал Вольфганг и обернулся к Конраду – послушай, можешь ты за меня выйдешь? – Прошептал он
Конрад удивленно посмотрел на него, день назад он был готов драться со всеми рыцарями Франции и Германии, но день назад...
Величественная процессия шла мимо трибун. Вольфганг был одет в черный бархат, а доспехи отражали солнце.
- Конрад, мы же с тобой одинокого роста и мы с тобой похожи.
Этот аргумент Конрада сразил. Маргрезэ стала для него настоящей матерью, и он видел, как она любит Вольфганга и перед отъездом он поклялся ей, что с ним ничего не случится. – Хорошо. – Он прекрасно владел всеми видами оружия и прекрасно ездил на коне. Но оставался оруженосцем у Алрикуса фон Герца, но сейчас он стал оруженосцем у его сына.
