— Почему? Ведь если случилась несправедливость, надо с этим как-то бороться! У людей должна быть совесть.
— Можа, і далжна быць, — согласилась баба Катя. — Толькі вы дадому вернецеся, а нам тут жыць. Не, дзеўка, ехала б ты адсюль хутчэй.
— Почему?
— А таму. і ў магазін няма чаго ехаць, калі Мішка туды падаўся. Бачыла я яго там… Едзь, дзеўка, ад граху далей. Нічога я табе больш не скажу, і так лішняга нагаварыла… Лапату толькі вярні.
С этими словами старушка открыла дверь и скрылась внутри.
— Я верну, обязательно, — пробормотала ей вслед Катя.
Спустя минут сорок им наконец удалось выбраться из снежного плена. Да и то с помощью проходивших мимо двух подвыпивших мужиков: сторговались на бутылку водки.
— Вы идите к магазину, а мы сейчас подъедем. Я только лопату отнесу, — успокоила их Катя, когда машина выехала на расчищенную главную дорогу.
Надеясь, что снова увидится со старушкой и задаст еще пару вопросов, она зашла во двор и постучала в окно. Тишина. Ни шороха, ни звука.
Все понятно. Разговаривать с ней здесь больше не хотят.
Их помощники уже топтались на крыльце магазина.
— Ну что? Пошли? — предложила она им.
— Зачынены, — шмыгнул красным носом один из них. — Калі да Грышкі ішлі — работаў, а цяпер зачынены.
— Так, может, перерыв?
Катя поднялась по ступенькам, подергала ручку двери, попыталась заглянуть в большое окно. Свет включен, но в торговом зале ни души. Никаких объявлений. Да и время вроде не обеденное. Странно.
— И часто у вас такое бывает? — спросила она у пригорюнившихся мужиков.
— Ды не. Хіба, можа, тавар прыймаюць? Трэба з двара глянуць, — предложил один из них.
Но во дворе тоже не оказалось ни машин, ни людей. Дверь заперта, судя по всему, изнутри.
— Ну и как теперь быть? — озадачилась Катя.
— Ну як… Грошы давайце. Угавор як-ніяк, — сощурил глаза второй мужичок. — Адчыніцца, нікуды не дзенецца. Мабыць, Галка з Мішкам дахаты паехала. Зранку ён сення заявіўся.
— А Галка — это заведующая?
— Яна самая.
— А Мишка — участковый? Михаил Кочин?"
"— Бачыш, вы усё ведаеце. Давайце грошы, — нетерпеливо хриплым голосом напомнил первый мужичок.
Катя задумалась.
— А были вы у Половинкина?
— Так. Толькі спіць ён п'яны. Хата нятопленая.
— Понятно… Будут вам деньги, даже на две бутылки будут, — неожиданно оживилась она. — Только сначала вы нам расскажите об этой Галке. А заодно о Марии Половинкиной, жене Григория.
— А навошта вам Машка? Сядзіць яна.
— А вот это и хотим знать: за что ее в тюрьму упекли?
Мужики обменялись взглядами, украдкой осмотрелись вокруг, нерешительно потоптались на месте. По всему было видно, что перспектива заполучить две бутылки водки вместо одной им нравилась. Но что-то усмиряло даже их хмельные головы.
— Не-е, — первым отказался тот, что был поменьше ростом. — Не.