Катя открыла глаза и была окружена серыми стеными, мягкой ковролиновой мебелью и чистым белым бельем. Свежий аромат геленджика наполнял пространство, но душа Кати оставалась в тени, словно белый мрак перед рассветом.
Похоже, «Миг бесконечности. Том 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Залив кипятком два пакетика черного чая, Вадим поднял с пола джинсы, джемпер, разгладил их руками и аккуратно повесил на спинку кресла. Прихватил гигиенические принадлежности и поплелся в душ."
"«Работа у нее вредная, — стоя под тугими струями, вспоминал он слова матери. — Еще какая! Особенно для окружающих… А ведь знала, не могла не знать, кто я такой! — вдруг осенило его. — Пускай даже поначалу не догадывалась, но после знакомства с мамой, после ее рассказов об отце не могла не понять, с какой семьей имеет дело! Зачем же тогда продолжала делать вид, что ничего не помнит?! И ведь, самое главное, это ее нисколько не тяготило, уж я бы заметил! Неужели думала, что никто не свяжет ту историю с сегодняшним днем? Вот оно, женское коварство!.
Нестерпимая боль терзала душу, горло сдавливал ком обиды. Крепко, до рези, сомкнув веки, в последний момент он все же переборол себя и не дал волю готовым вот-вот появиться слезам.
«Я в принципе не против слез. С точки зрения медицины, они даже полезны, — снова вспомнились ему слова Флемакса. — Сентиментальность, если в меру, тоже не порок. Но раскисать в минуту, когда надо собраться и держать свои эмоции в узде, — это не по-мужски. Это называется малодушие. Нужно учиться принимать удары судьбы. Только так можно победить».
…Если бы не Саня с Андреем, его, скорее всего, давно уже не было бы на белом свете.
Утром за ним заехали Заяц с Клюевым и отвезли на встречу со следователем, который объявил, что обвинения с него сняты.
Затем Вадим забрал из больницы мать, привез ее домой, попросил друзей подкинуть его к кладбищу и оставить одного.
Холодное ноябрьское солнце и ледяной ветер моментально высушивали скупые мужские слезы. Он долго разговаривал с отцом.
