Продолжение истории о любви, прощении и личностном росте. Героиня ищет ответы на вечные вопросы: как сохранить чувства, преодолеть боль предательства и простить себя. В каждом миге жизни скрывается урок, способный изменить судьбу. Романтическая драма о втором шансе и надежде на воскрешение...
Похоже, «Миг бесконечности. Том 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Пулей пролетев по коридорам, Катя на обратном пути неожиданно зацепилась взглядом за лежавшую на полу яркую шариковую ручку и остановилась как вкопанная: точь-в-точь такую ей привез из Германии Гена. Подняв ручку, она с недоумением повертела ее в руках, осмотрелась по сторонам, на всякий случай тихонько приоткрыла ближайшую неприметную дверь и…
То, что она увидела, ввело в ступор: в сумраке лаборантской, прямо за стеллажом с наглядными пособиями по грамматике немецкого языка целовались мужчина и женщина. Вернее, не просто целовались, что было понятно по ритмично качавшимся плакатам и длинным темным волосам женщины с запрокинутой головой. Пара занималась сексом… Страстным… То, что это происходило прямо в стенах учебного заведения, в помещении, куда в любую минуту мог кто-то заглянуть, по-видимому, только добавляло им страсти.
Конечно, будучи девушкой воспитанной, в любом другом случае Катя тут же закрыла бы дверь и, осудив про себя данное действо, спокойно отправилась в аудиторию. Но здесь она не могла сдвинуться с места: мужчина показался похожим на… Это был Генка! Ее любимый Генка, Генрих Вессенберг по паспорту!
Стукнулась об пол выроненная ручка. Стойка замерла, плакаты слегка раздвинулись, показались знакомые глаза — расширенные то ли от испуга, то ли от раздражения из-за того, что кто-то помешал любовной утехе.
В чем была, Катя выскочила на улицу. Плача в три ручья, не замечая моросящего дождя и холода, она добежала до сквера у стадиона «Динамо», присела на мокрый краешек укрытой от любопытных глаз скамейки и взвыла от горя. Хотелось умереть… Тут же… Заболеть и умереть, потому что жить дальше незачем, потому что ее предали, и любовь ее предали.
Сколько она так просидела на дожде и пронизывающем ветре, сказать сложно. Сидела, пока можно было как-то терпеть холод, пока зубы и подбородок не стали выбивать безудержную чечетку, болью отдававшуюся в мозгу и во всем теле.
В тот же вечер в комнату постучался Гена и попросил Катю выйти в коридор. Взъерошенный, возбужденный, виноватый. И хоть так и распирало выставить его за дверь, желание узнать, что же он скажет в свое оправдание, победило. То, что услышала, добило окончательно. Гена признался, что это была преподавательница немецкого языка, которая старше его на девять лет и встречается он с ней еще с Германии. Случайно столкнулись летом в немецком городишке, где он гостил у родственников, а молодая женщина привезла группу детей на оздоровление.
