Продолжение истории о любви, прощении и личностном росте. Героиня ищет ответы на вечные вопросы: как сохранить чувства, преодолеть боль предательства и простить себя. В каждом миге жизни скрывается урок, способный изменить судьбу. Романтическая драма о втором шансе и надежде на воскрешение...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Миг бесконечности. Том 2» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Продолжение истории о любви, прощении и личностном росте. Героиня ищет ответы на вечные вопросы: как сохранить чувства, преодолеть боль предательства и простить себя. В каждом миге жизни скрывается урок, способный изменить судьбу. Романтическая драма о втором шансе и надежде на воскрешение...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Продолжение истории о любви, прощении и личностном росте. Героиня ищет ответы на вечные вопросы: как сохранить чувства, преодолеть боль предательства и простить себя. В каждом миге жизни скрывается урок, способный изменить судьбу. Романтическая драма о втором шансе и надежде на воскрешение...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Миг бесконечности. Том 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Отпусти меня, забудь, уйди!
— Не отпущу и не уйду… Ты мне нужна. Я не могу без тебя… Я не знаю, как тебе объяснить, чтобы ты поверила…
— Сначала себе объясни, а я послушаю, — отвернула она голову, вспомнив о наверняка размазанной по лицу туши. — И чем я заслужила такое пристальное внимание к своей скромной персоне? Как я согрешила, что никак не прекращается эта изощренная пытка? Я ведь живая, Вадим! Понимаешь — жи-ва-я!
— Я тоже живой. Прости меня… — еще крепче прижал он ее к себе и зарылся лицом в волосы. — Я никогда и ни у кого не просил прощения, разве что у отца после его смерти… Не гони, прости.
— Ты — маньяк, зря я не сдала тебя в милицию, — едва не задохнулась в его стальных объятиях Катя. — Мне больно.
— Извини… — слегка ослабил он хватку. — Посмотри на меня, не прячь лицо.
Подняв голову, она недоверчиво заглянула ему в глаза: взгляд его был полон боли, мольбы и… нежности.
— У тебя явно не все в порядке с психикой, — добавила она уже гораздо мягче. — Ведь час назад ты готов был меня убить."
"— А спустя минуту — убить сам себя, — коснулся он губами ее лба. — Не представляешь, что творится у меня в душе с того самого утра, как ты ушла… Ты права: я действительно болен… я стал почти сумасшедшим… Вот только психушку давай вызовем утром, а сегодня будь милосердна, прими меня таким, какой есть, — слегка отстранившись, он провел ладонью по ее растрепанным волосам и виновато улыбнулся. — Они, в отличие от милиции, так быстро не отступятся. Это я тебе как доктор заявляю…
7
…Сквозь сон Катя почувствовала, как чья-то рука осторожно легла на талию и, нежно поглаживая, стала подбираться к груди.
— Виталик, давай немного поспим, — пробормотала она и вдруг распахнула глаза: с ума сошла! Какой Виталик?!
Осторожно обернувшись, Катя попыталась рассмотреть в темноте лицо Вадима, прислушалась к его дыханию.
«Слышал или нет? Тоже мне, „радистка Кэт“!» — принялась она себя ругать.
В этот момент мужская рука сползла с талии, за спиной послышалось шевеление. Катя замерла: «Повернулся на другой бок. Вроде спит».
Проделав вслед за Вадимом то же движение, она уткнулась носом в его спину, вдохнула запах, непроизвольно обняв, прикоснулась губами. Ответ на ласку последовал незамедлительно: через мгновение мужчина перевернулся, накрыл собой податливое женское тело, отыскал губами губы…
Необыкновенно долгий поцелуй постепенно наполнялся страстью, обоюдные ласки становились все смелее… Все, что произошло дальше, было чем-то иным, совершенно не похожим на повторение пройденного: страстно, стремительно, местами неистово и тут же снова нежно, бережно, с необыкновенно сладким послевкусием, растекавшимся по каждой клеточке тела…
— К тебе нельзя прикасаться, — пытаясь отдышаться, пробормотала Катя.
