Так что, ты не должна требовать такое.
Вздохнув, я снова откинулась на его теплую грудь.
— Хорошо, я не буду ставить такие условия. Там мои подчиненные. Все прошли через школу мигуми, они сами такие условия поставят, мало не покажется, — гаденько усмехнулась я.
Повисло тягостное молчание. Мужчины переваривали информацию. За ними было очень забавно наблюдать. Такая работа мысли, и все это отображалось на лице. Первым не выдержал Аргат:
— А что собою представляет эта школа мигуми? Ты действительно уникальная женщина. Хотя бы потому, что способна убить. А остальные? Вы все такие воинственные?
Я улыбнулась. Способна убить?! Да, способна, вот только каждый раз эта способность вырывает из моего сердца часть души.
— Нет, не все. — выдохнула я. — Далеко не все.
Этот разговор становился для меня неприятным. Раскрывать душу, я не собиралась. Никто не знает, что творится на душе у преданного ребенка. Никто не ведает, как девочки ночами плачут в подушку, вспоминая родителей. А днем стреляют по мишеням, представляя себе, что мстят близким. Я именно так стрелять и научилась. Воображала, что это не мишень, а мама и стреляла ей в сердце, выплескивая всю обиду и боль за ее предательство. Я точно знаю, что с остальными было так же. У нас у всех схожая судьба. Ненужные дети. У кого-то родители ожидали сына, и дочь сплавили с глаз долой, у кого-то родители развелись и никому ребенок оказался не нужен. Только единицы имели статус сирот. Все девочки с поломанными судьбами, ненужные и выброшенные из семей. Все озлобленные и не верящие ни во что хорошее. Абсолютно все.
— Мигуми особенные, — пробормотала я. — Нас боятся и ненавидят. В наших руках власть. Нет у нас ни семьи, ни друзей, ни имен, — я тупо уставилась в противоположную стену, а рука машинально потянулась к игрушке, лежащей в кармане. Мой кролик был на месте.
Внутри поднималась какая-то злоба. Старые обиды вновь всколыхнулись и залили горечью душу. Я отравляла сама себя. Конечно, я понимаю это. Но так просто забыть свое прошлое, перечеркнуть жизнь невозможно. Так не бывает. Словно почувствовав мою боль, Сферр слишком сильно сжал меня в объятьях. Но этих тиски показались мне спасением. Уткнувшись в его плечо, я запустила пальцы в длинные мягкие фиолетовые волосы. Вдыхая запах его тела, отчетливо понимала, что вот оно мое спасение. Тот, кто отогреет мое сердце. Не удержавшись, я провела губами по его груди, ощущая чуть солоноватый вкус кожи.
— Скоро все изменится, — голос Аргата стал напряженным. — Как только о тебе узнают, ваша система тут же попадет под власть наших рас. Вы станете колонией. А мы женщин ценим, ни одна самка арух не возьмет в руки оружие. Ни один мужчина моей расы не допустит такого."
"— Звучит как сказка, — отдернула я его.