– Так, Оль… Я тебе говорю – не знакома я с ним! И только попробуй Денису херни наговорить!
– Стоп, стоп, стоп! – она вскинула руку с зажатой между пальцами сигаретой. – Я никому ничего говорить не собираюсь. Ты – как хочешь. А я точно нет. – Затянулась, помолчала. – Но давай-ка я сначала расскажу тебе кто это, чтобы ты понимала, о чём речь. И раз уж ты его, типа, не знаешь да? – Бросила на меня пытливый взгляд, словно пытаясь подловить на вранье. – Вот этот ресторан, Шафран – я говорила, что раньше он был весьма крут? Так вот тогда им владел Камар. А это, чтобы ты понимала, примерно с восемьдесят пятого по девяносто первый годы, ну то есть, совсем не то, что сейчас. Сейчас что угодно можно открыть, а тогда… Частный ресторан, да ещё и такого формата… Хм… – Задумчиво затянулась. – А ещё и менты его не то, что не трогали – сами тут зависали. Ну, не рядовые, конечно, а начальство… – Помолчала. – Помнишь, я говорила, что танцовщицы тут нормально зарабатывали, особенно на приватах? Ну так вот там, в этих кабинках, за задёрнутыми шторками, можно было не только танец, так сказать вблизи посмотреть, но и присунуть танцорке побыстрому. Поговаривали, что Камар лично пробовал каждую девочку, прежде чем принять на работу… И при этом, недостатка в желающих попасть на эту должность не испытывал. Восемьдесят пятый, заметь. В нашем-то Мухосранске! Усекаешь масштаб?
Я не усекала. Я вообще не верила в то, что такое возможно. Какое-то кино про итальянскую мафию, блин.
– Так это что, бардель под видом ресторана был?
– Ну… Можно и так сказать. – Ольга сделала последнюю затяжку и, выбросив окурок в окно, завела машину. – Хотя, скорее что-то вроде закрытого клуба. А в девяносто первом Камар неожиданно продал свою золотую курочку какому-то залётному фраеру и свалил на родину! Вроде бы с концами, во всяком случае, больше о нём ничего не было слышно. Сначала все охренели, поговаривали, что его тут кто-то по-крупному прижал, а потом просто забыли, что был такой Камар Гюлер и всё. С глаз долой – из бизнеса на хер, как говорится… Но не суть. Интересно то, что четыре года его не было и вот, на тебе – нарисовался…. – Создавалось впечатление, что она уже не со мной разговаривает, а просто думает вслух. – И это, конечно, может ни хрена не значить, но всё равно интересно… А ты когда, говоришь, познакомилась с ним?"
"– Я с ним не знакомилась!
– Ой, ну ладно, – нетерпеливо скривилась Боярская, – ты меня поняла! Когда?
– В январе.
– Угу…
Она думала, а я смотрела на неё украдкой и чуть ли не ревела от отчаяния – она была классная. Вот такая – сосредоточенная на каких-то серьёзных, недоступных мне вещах, она выглядела такой, какой я впервые увидела её тогда на базе: профессиональной, важной, востребованной. Стильная, ухоженная и умная.