Студентка Людка случайно оказывается в центре криминального мира и становится девушкой авторитета. Теперь ей приходится скрывать двойную жизнь: днём она обычная студентка, ночью — королева криминального подземелья. Каждый день несёт новые угрозы и испытания верности.
Раздел Chitat.online для книги «Милаха» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Студентка Людка случайно оказывается в центре криминального мира и становится девушкой авторитета. Теперь ей приходится скрывать двойную жизнь: днём она обычная студентка, ночью — королева криминального подземелья. Каждый день несёт новые угрозы и испытания верности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Студентка Людка случайно оказывается в центре криминального мира и становится девушкой авторитета. Теперь ей приходится скрывать двойную жизнь: днём она обычная студентка, ночью — королева криминального подземелья. Каждый день несёт новые угрозы и испытания верности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И Медок, то задумчиво перебирающий плоскогубцы, то пробующий пальцем остроту топора – тоже настоящий. И его жестокая ухмылка, и мерзкий, полный превосходства голос:
– Даже Томбовский волк тебе не брат, не говоря уже за конкретных пацанов, понял? Понял?
Тот кивнул и Медок, схватив утюг, поднёс его к лицу мужика:
– Не слышу! Понял?
– Да, да! – заорал тот и сложился в поклоне лицом до земли.
Баба перестала выть, только в ужасе таращила глаза и прижимала к груди мою шубу.
– Даже не знаю, ублюдок, тратить ли на тебя время и сразу… – цыкнул зубом Медок и переключился на бабу. Присел перед ней на корточки, лизнув палец тронул подошву утюга, отдёрнул руку, схватился за мочку уха. – Ну что, лапуль? Не твой сегодня день, да? Придётся отработать за моральный ущерб, по прямому бабьему назначению, что скажешь?
Она активно закивала.
– Чё ты радуешься, дура? – грубо процедил сквозь зубы Медок и, схватив её за подбородок, пихнул назад. – У меня смена – двести пятьдесят четыре мужика. Осилишь? Угу… А вот и посмотрим… Пахо́м! – вдруг крикнул он куда-то в темноту.
– Оу? – отозвался из-за моей спины Денис.
– Скажи мужикам, чтоб в перерыве сюда шли!
– Понял!
…В общем, они до такой степени запугали и без того едва живых от ужаса мошенников, что мне даже жалко их стало. А когда они, по приказу Медка приползли на коленях к моему стулу и, стуча лбом в землю, просили прощения – стало противно. От их униженного страха, от того, что я сама сижу, как какая-то высокомерная тварь, и по указу Дениса делаю вид, что не принимаю их извинений. Что за развлечение он здесь устроил? Зачем это? Для кого, для меня что ли?! Чем тогда он и я лучше Коли Рыжего и Сергея, которые тоже пугали, что пустят меня по кругу? И не только меня, если что… Почему-то вспомнилась Ленка и её рассказ об изнасиловании: «Но почему ты не рассказала родителям? – А что толку, отец убил бы его и сел. – А матери? – Она бы раскудахталась, рассказала отцу. А тот убил бы его, и сел…» Ну да, крутой, сильный, всемогущий отец, способный достать обидчика из-под земли… И именно потому не знающий самых страшных тайн своей дочери."
"Напоследок, нехило так врезав ещё пару – тройку раз мужику, Медок объяснил им, что возвратом сумочки и шубки дело не обойдётся. Напомнил кидалово с квартирой, велел вернуть деньги с процентами – полтора миллиона к завтрашнему вечеру. Потом мужика отпустили, а бабу оставили как гарант, что он вернётся. Это повергло меня в окончательный шок. Теперь мне даже не надо было напоминать, что бы сидела и не рыпалась. Я не могла встать.
