— Прошу… — простонала она. Но он в ответ впился в ее сосок, и Александра на мгновение забыла обо всем, захваченная изысканной, сладостной пыткой…
«Я не должна сдаваться, — бешено думала Александра. — Только не этому гнусному самонадеянному дьяволу!» Он мог вынудить ее, но никогда она не уступит по собственной воле…
— Вам не удастся ничего, вы не заставите меня… Все ваши деньги вам не помогут!
Его пальцы крепче сжали ее плечи. А зубы Хоука захватили край глубокого выреза пеньюара и спустили его еще ниже…
— Не поговорить ли нам об этом, дорогая? Так сколько тебе предложил Телфорд? Сотню фунтов… две сотни?
Он втягивал губами напряженный сосок, и Александре казалось, что сквозь эту точку в ее тело влетают сверкающие молнии…
— Нисколько… — прорыдала она. — Я не знаю никакого Тел форда!
Она содрогнулась, услышав его хриплый хохот.
— Ну, значит, три сотни… а может быть, заодно он попользуется твоим нежным тельцем? — Ответ Хоука не интересовал, он снова прижался к Александре губами, продолжая мучительную ласку.
Огонь сжигал ее разум, но она все же сумела осторожно освободить одну руку и протянула дрожащие пальцы к стеллажу.
— Мне не нужны ваши деньги! А свои удовольствия можете получать…
Он поднял голову, и Александра умолкла, испугавшись, что он заметит ускользнувшую руку. Хоук скривил губы.
— Лгунья! Я же слышу, как бьется твое сердце. Ты чувствуешь то же самое, что и я! — В его циничном взгляде не таилось и тени сомнений относительно исхода их стычки. — Ну, что скажешь, мисс Мэйфилд? Предпочтешь брата моей жены или доверишься мне?
В это мгновение пальцы Александры сжались на горлышке густо покрытой пылью бутылки. Александра глубоко вздохнула, в ней вспыхнула надежда.
— Что скажу, ваша светлость? — повторила она высоким дрожащим голосом. — Скажу, что даже хищникам нужно иногда отдыхать!
Мужчина, тискающий ее грудь, едва успел вопросительно поднять брови, как на его череп обрушилась тяжелая большая бутылка. Он изумленно уставился на девушку, и Александра перепуганно застыла, решив, что ударила недостаточно сильно. Ей бы следовало догадаться, что у этого придурка черепные кости куда толще, чем у нормального человека!
Однако герцог начал медленно сползать вниз. Он навалился на нее все своим весом, опускаясь на колени, голова его уперлась ей в живот, руки бессильно повисли. Он хрипло пробормотал что-то невразумительное…
Александра ликовала: она это сделала! И нельзя сказать, что это было так уж трудно.
