Боже, ведь она была так близка к свободе!..
— Нет, пока мне самому того не захочется. У нас с тобой еще не все дела закончены, и сейчас можно их уладить точно так же, как в любое другое время.
— Да скорее я умру! — кричала Александра, выгибая спину и колотя его кулаками. — Вы никогда меня не получите! Это Англия, а не какой-нибудь дикий калифат! Здесь есть законы против подобного варварства!
— Ну, ты скоро поймешь, что в моих владениях я и закон, и раджа, моя дорогая. Никто не посмеет оспаривать мои приказы. Только ты еще не сообразила этого. Но я намерен сейчас же все тебе объяснить.
И Хоук бросил девушку на толстый слой соломы, постеленной в тщательно вычищенном стойле. Она посмотрела на него снизу вверх, и на ее лице отразились и презрение, и смущение, и страх.
Губы Хоука сжались в тонкую линию. Он медленно протянул руку в сторону и снял со стены висевший там кожаный ремень.
Александра почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица.
— Вы не посмеете! — хрипло прошептала она.
— Еще как посмею, Александра. Вообще-то в данном случае это просто необходимо. Я окажу собственному штату слишком плохую услугу, если позволю тебе болтаться где попало и причинять неприятности ничего не подозревающим простакам. — Говоря это, Хоук резко хлестнул ремнем по собственной ладони.
Негромко вскрикнув, Александра вскочила на ноги и попыталась взобраться на стенку стойла. Но ее больная лодыжка внезапно подвернулась, и девушка упала обратно на солому.
И тут ее пальцы нащупали рукоятку хлыста, засунутого за пояс и скрывшегося в складках рваной юбки. Замерев, она ждала, когда Хоук подойдет достаточно близко. И когда он наклонился, потянувшись к ней, Александра яростно хлестнула его по лицу, сама ужаснувшись тому, что на его коже мгновенно возникла алая полоса…
Зарычав, Хоук вырвал хлыст из ее пальцев, схватил ее за талию и швырнул на солому в глубину стойла. В следующее мгновение Александра уже лежала лицом вниз на его коленях и изо всех сил брыкалась, пытаясь не позволить Хоуку задрать юбку. Но все ее усилия оказались тщетными.
— Отпустите меня, подлец!
Хоук на секунду замер. Ее дыхание обожгло его бедра, и он почувствовал твердые соски ее грудей… Ее напряженные ягодицы были круглыми и шелковистыми, кожа цвета слоновой кости мягко поддавалась под его пальцами… И Хоук почувствовал, как дикое желание обожгло его чресла при виде этой наготы.
Несмотря ни на что, он хотел эту женщину.