В симпатичном калейдоскопе преподавательницы и бывшего гувернантки Анастасия Александровна вынуждена держать сыгранный прицел на ученика Васильковой, чтобы спасти свою должность. Но жанрной волны не оставляет шансов на победу — идет как течет, подчиняясь законам справедливости, вызывающей смесь отчаяния и радости....
— Мы можем как-то вылечить ее? — спросила, прижимая к себе побледневшего Килли.
— Вы можете покупать ей лекарства, чтобы облегчить состояние. Но оно ее не спасет, лишь снимет ужасную боль. Единственный выход — обратиться к магу-целителю, но, боюсь, его услуги вам будут не по карману.
— Сколько? — спросила я.
— Примерно две тысячи золотых.
— Сколько?! — не сдержала я возмущения. — Да на эти деньги можно купить хороший дом в приличном районе!
— Я говорил, что у вас нет на это средств. Такие болезни трудно исцеляются, это вам не перелом пальца срастить.
Он ушел, оставив нас с Килли в раздумьях. Около пяти золотых — примерно столько мы могли заработать за неделю. И это был потолок, обычно выходило еще меньше. Мы были бессильны перед болезнью мамы.
С того дня нам пришлось отдавать всю выручку на то, чтобы покупать лекарства для Норы. Иногда ей становилась лучше, она даже вставала из постели и готовила для нас что-нибудь. Но чаще всего она просто лежала, задыхаясь от приступов кашля.
Мама умерла, когда мне было девятнадцать. Она продержалась гораздо дольше, чем обещал врач, но лишь потому, что мы с Киллианом приложили к этому руку. Рою же было всегда плевать — он не дал и медяка для нее.
— Теперь мы сможем накопить денег и подняться, — сказала я Киллиану после похорон. Он машинально кивнул. — Свалим отсюда, подальше от Роя, и будем жить нормально.
Ровная череда одинаковых дней потянулась вновь. Каждый день мы работали не жалея себя. У нас была цель, и это придавало нам сил.
Было уже довольно поздно, когда в один из дней я собралась уходить с площади. Народу было мало, все разошлись по домам. Да и я изрядно утомилась, а личина вот-вот должна была спать. За годы я научилась держать ее долго, могла проносить ее почти весь день. Но все равно старалась делать хотя бы короткие перерывы, чтобы не было неожиданностей.
Тогда ко мне подошел последний в тот день посетитель.
— Лавка Тайн закрывается, — устало сказала я, собирая карты.
— Как жаль, — послышался мужской голос.
— Приходите завтра, — я подняла глаза, и встретилась взглядом с молодым мужчиной. На вид ему было не больше двадцати пяти лет. Темные волосы были аккуратно уложены. Черные ресницы выделяли голубые как небо глаза. На нем был дорогой костюм, так что я сразу поняла, что он из знати.
— К сожалению, завтра я уже уеду. Может скажете, что меня ждет в моем путешествии?
Я улыбнулась.
— Ладно, давайте руку.
