В симпатичном калейдоскопе преподавательницы и бывшего гувернантки Анастасия Александровна вынуждена держать сыгранный прицел на ученика Васильковой, чтобы спасти свою должность. Но жанрной волны не оставляет шансов на победу — идет как течет, подчиняясь законам справедливости, вызывающей смесь отчаяния и радости....
И если в совсем юные годы он не отвечал ей взаимностью, а только подкидывал жаб в сумочку и дергал за косы, то повзрослев, он наконец-то открыл глаза и увидел, какая же умница и красавица была все это время рядом с ним. На радость родителям между ними завязался роман. Артур красиво ухаживал за ней около года, выражал вполне серьезные намерения. Дело шло к свадьбе. Он сделал Амалии предложение, получит заветное «да», благословение родителей с обеих сторон, которые были друзьями и рады были породниться.
Но буквально месяц назад, за день до обручения, Артур объявил, что сразу после свадьбы он намерен уплыть с другом за море, чтобы учиться. Девушку такое не устроило — кто захочет ждать столько лет мужа, когда ты так молода? Она “встала в позу” и заявила, что тогда никого обручения, а тем более свадьбы, у них и не будет. И что назло своего жениху она устроится работать гувернанткой и никогда не выйдет замуж, а он пусть делает теперь все, что пожелает.
Амалия написала кучу писем по адресам из объявлений по найму гувернанток. И один лорд из северной провинции откликнулся. Жених, немного подумав и остыв после бурной ссоры, пришел с цветами и объявил, что он отменяет поездку. Что безумно любит свою избранницу, и никакие заграницы ему без нее не нужны. Но Амалия была упрямой как баран, так отец ее говорил.
— Так, — нахмурилась я. — Значит, вы плачете из-за Артура?
— Ну конечно! Я же люблю его! — вздохнула она.
— Так вернитесь к нему, в чем проблема?
— Вы что? — возмутилась она. — Чтобы он думал, что мной так легко манипулировать?
Она вздернула свой аккуратный носик, приняв горделивый вид, но тут же хлюпнула им. Новый поток слез потек по щекам.
— Послушайте, Амалия. Если Артур уедет, вы никогда можете его не увидеть. А ведь вы любите его. А он вас.
— И что вы предлагаете? — хмыкнула она.
