Автор
Светло-серые комнаты блестят от переливающегося лака, каждый штрих масла кажется последним шагом в тайной игре Эмилии. Страсть к тонким мелочам и жгучее желание вырваться наружу окутывают её обстановкой. В этой книге "Миллер: Спрячься, если сможешь" автор разыгрывает читателя в игре самоопознания, где каждое слово и действие пронизаны тонким дыханием фантазии Эмилии....
Раньше он бежал сразу, когда с кем-то из нас приключалась беда, а в последнее время даже не интересуется нашей жизнью. Тима перестал ездить с нами разводить костры, заметил? Когда он последний раз вообще с нами где-то был, кроме недавней ночи с девочками?
— Не помню. — я напряг мозги, и правда, мы собирались компанией без Тимы уже на протяжении месяца.
— Вот и вот.
Лицо Тимы менялось от эмоций. Рик рассказывал ему обо мне, но когда тема коснулась о болезни Эми, Тима рукой оперся на стену. Новость ошарашила его не меньше меня, когда я услышал это от врача.
— Я.. Я не знаю, что сказать. — Тима с грустью на лице сел за стол, не поднимая на меня глаз. — Дождемся анализов.. — долго сидеть он не стал, подошел к комоду, на котором стоял графин с водой и налил себе в стакан. Он не успел сделать и глотка, как стакан из руки выскальзывает и вдребезги разбивается об пол, осколки разлетелись, а вода растекалась. — Да что ж такое.
— Оставь. — проговорил я.
Случайность? Я знаю, какая у Тимы твердая и крепкая хватка и никогда бы не поверил, что у него по случайности смог выскользнуть стакан из руки. Такого не бывало не разу за годы нашей дружбы.
Их видно насквозь каждого. Когда лжёт Майкл, он начинает бледнеть, даже губы теряют яркий розовый оттенок. Рика выдает его излишняя подвижность, он не знает куда деться, то голову почешет, то телефон теребит в руках. А вот Тима, здесь сложнее. Он может профессионально лгать, только я видел за ним детали, которые не приглядевшись, вовсе не заметишь.
Он будет долго смотреть в глаза, не станет мельтешиться как Рик. Он лжёт по-своему, как умеет, глядит прямо перед собой, уверенно говорит и сам верит в то, в чём соврал.
Тогда почему он замешкался и заволновался? Человек, который не принимает всё близко к сердцу, не стал бы переживать из-за девчонки, которую ненавидит? Или..?
— Всё, я не могу так сидеть. Я поеду к ней, сейчас как раз будет ранний утренний обход, я посижу с Эми.
За руль пьяным я уже садился много раз, но больше не повторю своих ошибок — на огромной скорости больше никогда не стану летать по дорогам.
Заезжаю сначала в цветочный круглосуточный магазин, по-другому я просто не смогу явиться к своей девушке.
— Можно букет ромашек?
— Да, конечно. — флорист умело собрала мне букет, обернув его красивой сиреневой обёрткой.
