Я организую для тебя машину. Ты просто позвонишь в офис завтра, когда будешь готова к тому, чтобы тебя забрали, и они приедут за тобой ”.
“Папа. Я могу просто взять такси... — начинаю я, но он перебивает меня.
“Абсолютно нет. Ты воспользуешься моим водителем.” По тону его голоса я знаю, что он не позволит мне сделать ничего другого.
“Хорошо”. Мой голос звучит мягко, и я на мгновение закрываю глаза, жалея, что у меня не хватает смелости сказать ему, что я сделаю все, что захочу.
Но я этого не делаю. Я никогда этого не делаю.
“Твоя мама дома?” он спрашивает.
”Нет. Она ужинает с друзьями"".
Он издает неприятный звук. “Друзья. Я уверен. Что ж, увидимся как-нибудь завтра днем. Я приеду около двух.”
“Подожди минутку, тебя что здесь нет?”
“Я во Флориде. Вернусь завтра.” Мелодичный женский голос что-то говорит на заднем плане, и я слышу, как мой отец отключает телефон, чтобы поговорить с ней. “Мне нужно идти, Рен. Увидимся завтра. Люблю тебя.”
Он заканчивает разговор, прежде чем я успеваю ответить.Я бросаю телефон на диван и откидываю голову назад, уставившись в потолок. На сложную и очень дорогую люстру, которая сияет у меня над головой. Все в этом доме дорогое. Некоторые предметы даже бесценны."
"Как будто я не могу ни к чему из этого прикоснуться. Слишком боюсь, что могу сломать что-то незаменимое. Искусство. Статуи. Вещи, которые важны для моей матери, моего отца.
А я? Их дочь? Иногда я задаюсь вопросом, имею ли я значение. Если я стала всего лишь еще одним объектом, которым они любят хвастаться.
Произведение искусства, которое все еще нуждается в большом количестве редакции.
Я встаю с дивана и брожу по дому. Дальше по коридору, мимо гигантских картин, которые висят на стенах. Те, на которых светят фонари, идеально освещая их, чтобы все на улице могли видеть их, когда проходят мимо. Те, кто ценит изобразительное искусство, умерли бы за то, чтобы войти в этот дом. Чтобы хотя бы мельком взглянуть на картины, скульптуры и предметы, которые наполняют нашу квартиру.
Я их даже больше не вижу. Они бессмысленны.
Как и я.
Я запираюсь в своей комнате и пытаюсь рассмотреть ее критическим взглядом. Там нет цвета. Моя мама сделала это нарочно, чтобы это не противоречило ни одному из произведений искусства, которые она могла бы выставить здесь. Потому что да, даже моя спальня - потенциальная витрина для ее творчества. Картина, которую мой отец купил мне в прошлом году на день рождения, висит на стене. Это холст с отпечатками губной помады, хотя их и не так много, как на картине, которую я действительно хочу, на этой уже красуются следы пожеванной жвачки, которая прилипла в некоторых местах. Это довольно мерзко. Мне пришлось притвориться, что мне это понравилось, когда он подарил ее мне.