Я бы предпочел, чтобы ты говорила со мной, а не крала машины.
Ханна фыркнула. Как он посмел предположить, что кража имела какое-то отношение к нему и его глупой женитьбе! Впрочем, она тут же спохватилась. Неужели так и было?
– Я подумаю, – сказала она.
Отец пробежал пальцами по крышке рояля.
– Я пробуду в Филадельфии все выходные, и на субботу я заказал для нас ужин в «Лё Бек-Фен».
– Правда? – невольно вырвалось у Ханны.
Она всю жизнь мечтала попасть в «Лё Бек-Фен» – знаменитый французский ресторан в центре Филадельфии. Спенсер и Эли бывали там с родителями и вечно жаловались. Ужасное место, говорили они, даже нет меню на английском, полно старух в жутких мехах с хвостами и мордами. Но для Ханны этот ресторан оставался верхом гламура.
– И я забронировал тебе номер в отеле «Четыре сезона», – продолжал отец. – Знаю, тебе сейчас нелегко, но мама сказала, что это тебя отвлечет.
– Серьезно? – Ханна захлопала в ладоши. Она обожала дорогие отели.
– Там есть бассейн. – Отец игриво улыбнулся. В детстве Ханна прыгала от восторга, когда они останавливались в отелях с бассейнами. – Ты могла бы приехать в субботу днем и поплавать.
Ханна тотчас сникла. В субботу был «Фокси».
– А можно перенести на воскресенье?
– Нет. Только в субботу.
Ханна закусила губу:
– Просто… в субботу танцевальный вечер. И для меня это… важно.
Отец сложил на груди руки.
– И мама разрешает тебе ходить на танцы после… после того, что ты натворила? Я думал, ты под домашним арестом.
Ханна пожала плечами:
– Я покупала билеты заранее. Они дорогущие.
– Мне очень нужно, чтобы ты приехала, – мягко произнес отец. – Я бы хотел провести с тобой выходные.
Отец выглядел искренне расстроенным. Казалось, он готов был расплакаться. Но и Ханна хотела провести с ним выходные. Он не забыл пол из раскаленной лавы, ее мечту побывать в «Лё Бек-Фен», любовь к роскошным отелям с бассейнами. Интересно, есть ли у них с Кейт шутки, понятные только им двоим? Хорошо бы их не было. Она хотела остаться неповторимой.
– Думаю, я смогу все отменить, – наконец ответила она.
– Отлично. – Отец улыбнулся.
– Ради Корнелиуса Максимилиана, – добавила она, смущенно взглянув на него.
Ханна смотрела, как отец садится в машину и медленно отъезжает от дома. Теплое волнующее чувство разливалось в ней. Счастливая, она даже не вспомнила о чипсах. Ей хотелось порхать в танце по всему дому.
Наверху зажужжал мобильник, и она очнулась.
