Автор
Роман повествует о восхождении и духовной деградации Жоржа Дюруа — красивого авантюриста, использующего соблазнение и манипуляции для достижения успеха в парижском обществе. Его блестящая карьера строится на циничной игре с женщинами и беспринципности, отражая моральный упадок человека,...
Она смотрела на него своими большими кроткими глазами.
— Право, оставайтесь с нами, господин… господин Милый друг, — настаивала она. Вы нам необходимы.
— Слушаюсь, сударыня… с удовольствием, — сказал Жорж.
Со всех сторон слышалось:
— Здесь очень занятно, в этом подвале, очень, очень мило.
Жоржу был хорошо знаком этот сводчатый зал Ему живо вспомнилось утро накануне дуэли, которое он провел здесь в полном одиночестве, перед белым картонным кружком, смотревшим на него из глубины второго подвала, будто огромный и страшный глаз."
"— Сейчас начинаем, сударыни, — раздался голос спускавшегося по лестнице Жака Риваля.
И в ту же минуту шестеро мужчин в сюртуках, плотно облегавших и четко обрисовывавших фигуру, взошли на эстраду и сели на стулья, предназначенные для жюри.
Их имена облетели зал. Это были: генерал де Рейнальди, председатель жюри, маленький человек с большими усами; художник Жозефен Руде, высокий, лысый, с длинной бородой; Матео де Южар, Симон Рамонсель и Пьер де Карвен — все трое статные юноши, и признанный мастер Гаспар Мерлерон.
Справа и слева от эстрады вывесили два плаката. На одном было написано:» Г-н Кревкер «, на другом:» Г-н Плюмо «.
Это были два мастера, два настоящих мастера второй категории Оба сухопарые, по военному подтянутые и чересчур резкие в движениях, они поднялись на эстраду. Как автоматы, отсалютовали они друг другу и начали вести нападение, — костюм из полотна и белой кожи придавал им сходство с балаганными солдатиками, потешающими народ.
По временам слышалось слово:» Задел»— после чего шестеро судей с видом знатоков утвердительно кивали головами. Публика не видела ничего, кроме двух живых марионеток, с вытянутою рукой носившихся по эстраде; она ничего не понимала, но была довольна. Все же она находила, что эти два манекена недостаточно изящны и что в них есть даже что-то комичное. Невольно приходили на память деревянные борцы, которых под Новый год продают на бульварах.
Первых двух фехтовальщиков сменили г-н. Карапен и Плантон — военный и штатский Мэтр Плантон был очень мал ростом, мэтр Карапен — очень толст Казалось, что от первого же удара рапиры этот пузырь лопнет, как резиновый слон, из которого выпустили воздух. В публике послышался смех. Г-н Плантон прыгал, как обезьяна Г-н Карапен шевелил только рукой, — двигать всем корпусом ему мешала толщина.
