Мне интересно это. Я много читала про то, что, умирая, человек получает что-то вроде облегчения и видит какой-то свет. А ты вроде был при смерти. Ты видел какой-то свет?
– Немного, – прыскаю от смеха и подхожу к нему.
– Но всё же… Дерик, это больно? Ты почувствовал сожаление о том, что чего-то не успел, или же просто ни о чём не думал в тот момент?
– Зачем тебе это, Джина?
– Не знаю, но мне почему-то важно получить этот ответ. Я хочу его получить. Это больно?
Дерик качает головой и прикрывает на секунду глаза. А я смотрю на него, большого, сильного, злого волка, и вижу одинокого, смелого в своей глупости мужчину. Парадокс и чёртова темнота. Надо прекращать с ним встречаться по ночам. Ночь притупляет многие чувства и затмевает голову. Чёрт!
– Больно, – резко произносит Дерик, отчего я даже вздрагиваю. Неожиданно. Честно.
– Больно, но недолго. Кажется, что проходит очень много времени для тебя, а на самом деле всего лишь пару минут. И в это время ты не сожалеешь, а хочешь прожить новую жизнь, но кем-то другим. Никакого света и голосов, кроме странных картинок, не вовремя появившихся перед глазами. Ты хочешь увидеть продолжение, но лёгкость и прохлада стирают всё. А затем ты просто закрываешь глаза, и наступает долгая ночь. Достаточно?
– И ты всё равно готов опять поймать пулю, зная, как это больно? – с ужасом шепчу.
– Это моя работа. Каждый, из таких, как я, в курсе, что его жизнь может быть недолгой. Мы не связываем себя серьёзными отношениями и не окружаем себя людьми, за которых будем переживать. Дело не в боли, Джина, а в долге перед страной. Одна жизнь может спасти сотни, а то и тысячи других. Порой приходится чем-то жертвовать.
– Тебе никогда не хотелось уйти отсюда? Ну, ты вроде бы как уже отработал своё. Ты несколько раз спасал Дина, и… в общем, они могли бы быть благодарны тебе за твою преданность и отпустить.
– Нет. Я уважаю и почитаю королевскую семью. Я служу им, и они отчасти стали моей семьёй, которую никогда не предам. Я буду жертвовать собой снова и снова, если понадобится, чтобы их род продолжился, – чётко отвечает Дерик. Так, это понятно. Он благодарен им за то, что они его приняли, даже после того, что сделал его отец.
– Но… Дерик, это твоя жизнь. Она одна, и другой уже не будет. Неужели, тебе не хочется чего-то менее опасного? Не знаю, я бы не смогла отдать свою жизнь за другого человека. Вероятно, я трусиха или ничтожная эгоистка, но мне кажется, что каждый из нас имеет право на свой путь, вне зависимости от того, кем его хотят видеть другие. Каждый имеет право на то, чтобы жить и не жертвовать собой ради другого человека. Ты прости меня, если я тебя обидела сейчас, но это жестоко. Очень жестоко требовать от человека, рождённого свободным, вечного рабства.