Минус на минус — это дрожащее сердце ночи, где любовь затягивает в безвыходную глубину, а злость вырывается через все границы. В мире, где каждый шаг может быть последним, Эва Моргалис исследует не просто физическую пространственную тень, но и метафизический минус, ощущаемый в самой душе каждого человека....
А на выходе из тоннеля нас, разумеется, уже поджидали.
Как выразилась мама, «повязали нас как котят». Веревки окрутили руки и ноги, словно живые сверкающие змеи. Повалили на землю, кольцами улеглись на плечах и затаились.
– Не дергайся, – приказала Ядвига. – Они реагируют на движение. Попытаешься вырваться – могут и придушить.
Я покосилась на Алекса, в неестественной позе сидевшего у стенки: похоже, он пытался. Его сеть опутала, как анаконда зебру: от пят до горла. Но, судя по сжатым зубам и яростному блеску в глазах, надежду выбраться он не потерял.
– Эй, – позвала шепотом. – Ты как?
– Жить будет. – Голос, прозвучавший над головой, был хриплым и слегка язвительным. – Не долго, не очень счастливо, но этого никто и не обещал, верно?
– И снова ты! – со вздохом, будто обращаясь к надоевшему поклоннику, вздохнула мама. Я изогнулась, подняла голову и увидела мужчину. Похитителя. Нашего таинственного врага.
– Бо-же-мой… – пробормотала, не зная, смеяться или плакать.
Передо мной стоял Злодей.
– Ева, познакомься. – Ядвига плавно перетекла в сидячее положение. – Это – Аристарчос. Местный колдун.
– Не заклинатель? – удивилась я.
– Конечно нет! Был бы он заклинателем, никогда не решился бы на ритуал. Те, кто призывает демонов каждый день, отлично знают, насколько они опасны.
– Я сильнее любого заклинателя! – грозно заявил маг.
Алекс в ответ что-то прошипел сквозь зубы, но высказаться по полной программе веревка ему не позволила. Я бросила на парня короткий взгляд: обмотанный как египетская мумия, он все еще пытался дергаться. И этот человек предлагал мне сдаться?
– Зачем тебе нужен ключ? – перевела глаза на колдуна.
– А ты как думаешь, маленькая ведьма? – удивился тот.
