Минус на минус — это дрожащее сердце ночи, где любовь затягивает в безвыходную глубину, а злость вырывается через все границы. В мире, где каждый шаг может быть последним, Эва Моргалис исследует не просто физическую пространственную тень, но и метафизический минус, ощущаемый в самой душе каждого человека....
Ай! Ладно, Богданчик, я побежала, а то тренер волнуется. Да, приезжай, конечно, она еще будет. Нет, «тойота» – обязательный реквизит. Ну мотоцикл – это, конечно, вообще прекрасно, но как в таком случае ты меня домой отвезешь? Ах, меня Алекс заберет?! А может, лучше Егор? Не проспится? Блин, Богдан, я не хочу мешать твоему личному счастью, но Алекс… Сам договоришься? Ладно, буду его ждать. Да, давай… удачи.
И отключилась. Потом посмотрела на подругу долгим тоскливым взглядом, вздохнула и сказала:
– Помнишь, ты спрашивала, как мне живется в новом доме? Так вот – как будто меня кто-то проклял.
Богдан приехал раньше, чем мы договаривались. Я как раз успела «отпрыгать» и сейчас выслушивала нотации от Полины. По ее словам выходило, что я деревянная, испуганная, закомплексованная инвалидка с провалами в памяти, слабоумием и серьезными проблемами в управлении собственным телом.
– И еще у тебя глаз дергается! – подытожила тренер. – Странно, раньше я у тебя этого не замечала.
– А раньше у меня этого и не было, – мрачно ответила я. Нет, кого другого – уже давно послала бы по матушке, но Полинка была не просто тренером или подругой – она была мастером своего дела. Ее методы обучения могли показаться грубыми и даже болезненными, но они давали результат. А мне очень хотелось постигнуть премудрости конкура!
Богдан подъехал к нашей леваде, когда обвинительная речь в мою честь достигла своего апогея. Мотоцикл остановился, брат откинулся на сиденье, расправил плечи, послушал немножко и залихватски свистнул, видимо пытаясь привлечь к себе внимание прекрасных дам.
– Ой, дура-ак… – прошипела Поля.
Мне шипеть было некогда, хотя с подругой я была полностью согласна: Нимфа испуганно заржала и встала на дыбы. Я перехватила повод – кобыла попятилась; я закусила губу и прижала пятки к бокам – только бы она на спину не завалилась! Нимфа это делать умела и любила: малейшее одергивание, и она уже шла задом.
– Держи коня! – заорала Полина, ловко уворачиваясь от бьющих в воздухе передних копыт.
И тут Богдан решил проявить себя.
