Минус на минус — это дрожащее сердце ночи, где любовь затягивает в безвыходную глубину, а злость вырывается через все границы. В мире, где каждый шаг может быть последним, Эва Моргалис исследует не просто физическую пространственную тень, но и метафизический минус, ощущаемый в самой душе каждого человека....
Хорошим таким утюгом, качественным. Не современным задохликом Tefal, а доставшимся еще от бабушки по наследству. Тем самым, которым, даже не нагревая, можно хорошенько разгладить вещь, просто положив сверху.
Послышался слабый хруст, и шум прекратился.
– Кажется, ты убила мой мобильник, – пробормотала я.
– Серьезно? – Подруга зашуршала в сумке и вытянула пострадавшего. – М-да, действительно. Слушай, а тебе и правда названивали.
– Кто? – почти равнодушно уточнила я. Прикольно в последнее время с техникой получается: сначала скутер, теперь телефон…
Полина меж тем с интересом вглядывалась в побитый экран:
– Ну держись, подруга, иду снизу вверх.
– Фух, слава богу, что не взяла…
– Богдан Соколов – шесть звонков.
– А этому чего не спится? Может, у них действительно что-то случилось?
– Погоди паниковать, у нас есть победитель. Егор Соколов – сорок семь звонков. Подруга, ты что, никому не сказала, что ночуешь у меня?
Я открыла рот, потом закрыла, моргнула пару раз и очень медленно покачала головой.
– Ева, тебе всего шестнадцать, матери в городе нет. Твои братья, наверное, с ума от беспокойства сходят. – Она снова опустила глаза на телефон. – Сорок семь звонков – один уж точно сошел.
– Но я никогда ни перед кем не отчитывалась. Маме было наплевать, где я ночую: у нас с нею другая связь.
– Вот только братьям этого не говори. И давай звони домой поскорее, пока они всей толпой сюда не явились.
– Поздно… – прошептала я, четко слыша приближение тяжелых и до ужаса знакомых сапог.
– Елки зеленые… – тихо провыла в ответ подруга. У нее тоже был идеальный ведьминский слух.
В дверь заколотили с такой силой, словно пытались ее вышибить.
– Там звонок есть! – рявкнула Полина.
– Алло, Егор? – послышалось снаружи. – Да, я ее нашел. Скоро будем дома.
– Блин, ну почему именно он?! – в ужасе схватилась за голову я. – На свете двадцать миллионов террористов, а за мной явился именно этот! Подруга, что делать?
– Одеваться быстрее, – грозно ответила она.
Я чертыхнулась, шустрой гусеницей втиснулась в узкое «анимешное» платье, гольфы и парик запихнула в сумку, ленты туфель завязала вокруг щиколоток узлами. Уложилась в рекордные полминуты. Даже пожарные одеваются не так быстро.
– Слушай, совсем забыла. Последнее желание умирающего.
