Минус на минус — это дрожащее сердце ночи, где любовь затягивает в безвыходную глубину, а злость вырывается через все границы. В мире, где каждый шаг может быть последним, Эва Моргалис исследует не просто физическую пространственную тень, но и метафизический минус, ощущаемый в самой душе каждого человека....
Надеюсь, на этот раз нам достанется не твой вопрос, и новую истину из Википедии вы не откроете. Итак… Ева, сколько на самом деле тебе лет?
И очень выразительно, с какой-то скрытой тоской, покосился на Полину.
Я хихикнула:
– На самом деле? Богдан, честное слово: мне шестнадцать.
– Да знаю, блин! – Братик в расстроенных чувствах отшвырнул пакет. Бедняга, второй вопрос ушел «в молоко».
– Моя очередь! – оживилась готесса. – Богдан, не грусти, однажды и тебе повезет. А пока ответь-ка лучше… веришь ли ты в сверхъестественное?
Я вздрогнула и уставилась на Алекса.
– Конечно, верю! – категорично кивнул Богдан. – В полтергейста!
– Полтергейстов не существует, – брякнула я, все еще поглощенная своими размышлениями, и осеклась под напряженным взглядом Полины и подозрительно изогнутой бровью Алекса. Нет, ну ладно подруга пыталась таким образом напомнить о предосторожности, а этот-то козел чего вылупился?!
Я уже хотела рявкнуть об этом вслух, но Богдан меня опередил.
– Это ты и-им скажи-и, что они не существу-уют!
– Клешни убрал! – пресекла его поползновения Полина. И быстро вернулась к игре, пока я не бросилась на Алекса с кулаками. – Вопрос к Еве. Кхм… зачитываю как есть. Хочешь сыграть со мной в особенную игру?
– Э… – пожала плечами я, чуть расслабляясь и в упор не замечая выразительных взглядов парней.
– Спроси меня! – подпрыгнул на месте Богдан. – Меня спроси!
– Сиди ровно! – рявкнула Поля. – На вот лучше, задай вопрос Александру.
И протянула пакет. Богдан пошарил рукой в бумажках и вытащил одну:
– Итак, Алекс. Что ты подумал, когда впервые познакомился с Евой?
Я напряглась: вопрос был моим! Нет, ну, правда: интересно же, с чего он тогда такой мрачный сидел. Шурик посмотрел мне в глаза, мрачно так посмотрел, и заявил:
– Я подумал, что ты – мое наказание.
– Ну с твоим-то характером это не удивительно, – буркнула я.
Шурик только оскалился и таинственно хмыкнул.
– Ладно, вопрос к Еве, может, Александру удастся отыграться… – Поля предвкушающе улыбнулась и полезла в пакет. – Как звали того, кто последним заставил твое сердце биться чаще?
Твою ж маму! Да мне даже отвечать не нужно было: так побагровели щеки.
