– Разве нельзя спросить?
– Можно, но у Теодора, наверное, нет никакого желания отвечать.
– Ни с кем я не встречаюсь.
– Ты в нее влюблен, да?
Теодор вздохнул и закатил глаза.
– Матильда, прекрати.
– Не всегда хочется говорить обо всем.
– Как, например, делаешь ты.
– Боже, Фабиан, что на нее нашло?
Фабиан покачал головой.
– Кстати, тебе не надо отвечать. Я могу просто спросить Грету. Она все равно знает все.
– Давай, спрашивай, – пробормотал Теодор.
– А кто такая Грета, позволю себе спросить? – произнес Фабиан в надежде, что это может помочь перевести разговор на другую тему.
– Никто. Во всяком случае, ты в такое не веришь.
– Только опять не начинай об этих привидениях. – Теодор положил себе добавки.
– Никакие это не привидения, а духи, и пока что мы вступили в контакт только с одним.
– Матильда, – продолжил он. – Я знаю, что мама утверждала, что в подвале водятся привидения, но…
– Ты, черт возьми, можешь говорить все что угодно, – прервала его Матильда. – Но это так, о’кей?
– За этим столом так не разговаривают. И вообще нигде.
– Ты что никогда не ругаешься?
– Дело не в этом, – ответил Фабиан, гадая, когда его хорошенькая дочурка с косичками, любившая сидеть у него на коленях и бесконечно напевать песенку об алфавите, успела превратиться в несносного взбалмошного подростка.
– В том, что надо уважать других людей. Соня, ты можешь мне помочь?
Соня посмотрела на него так, словно он говорил на незнакомом иностранном языке.
– Это ты не уважаешь, – возразила Матильда. – Я верю в духов. Хорошо? И у нас в стране свобода вероисповедания.
– Вероисповедания? Я скорее бы назвал это…
– Что бы ты ни говорил, мы вступили в контакт с Гретой, которая знает гораздо больше, чем ты. – Матильда встала из-за стола, хотя съела только половину своей порции.
– Вот как, интересно. Например?
– Например, что мама неверна.
Ответ прозвучал, словно удар плетью. Через секунду дочь ушла, оставив после себя гнетущую тишину.
– Думаю, я закончил. Спасибо за еду, – наконец сказал Теодор и тоже вышел из-за стола.
Как дочь могла узнать? Может быть, она, как и Фабиан, чувствовала это и читала между строк? Понятно, что поэтому она говорила об этом вчера вечером. Но подозревать и чувствовать – это одно. Быть на сто процентов уверенным – совсем другое.
– Вот как… – выдохнул он. – Приятный получился ужин.
– О чем ты вообще, черт возьми, думаешь? – В глазах Сони горела такая злость, что он с трудом встретил ее взгляд.
