Мы стояли перед воротами величественного Леса, защищенного двумя гигантскими стражами — фигурами метров двух надутыми масками. Инесса ткнула пальцем в его достоинство, словно подтверждая его мужественность, и он даже не вздрогнул. Атмосфера Леса была напряженной — каждое дыхание напоминало о том, что опасности здесь больше, чем умиротворения....
— Вы там жаловались, что навыки драконоборцев качать не на ком?
Глава 20"
"Я лежал в чане с водой абсолютно вымотанный, после всех событий в Рраане, я вернулся к себе в замок и устроил прям полноценную вечеринку для себя, непрекращающийся секс, отличная еда, выпивка, в мой мозг поступали просто ударные дозы серотонина и дофамина, все низшие удовольствия и без ограничений, и как итог я сейчас лежал в ванной почти в полной отключке, разве что слюни пузырями изо рта не пускал, сколько времени все это продолжалось я не знал, уже после третьего часа этого марафона, я утратил ему счет, менялась только вода в чане и женщины, много женщин, разных, в разных позах, и много выпивки.
Как сейчас помню, когда мы только появились в замке, я заявил, что мы будем праздновать и ухватив нескольких девчонок, что прибыли со мной потащил их в ванную, не слишком спрашивая их согласия, а потом, потом понеслось.
Я почувствовал, как мою щеку обожгло льдом, приоткрыв глаза я увидел ее… изумрудную дымку, спасительный свет, и снова лед на лице, обжигающий лед, переходящий в пламя, я с трудом осознал, что меня хлещут по щекам.
— И сколько он уже так? — Услышал я злобный голос Геллы.
— Четвертый день, госпожа. — В голосе отвечавшей был страх. — Мы сначала не поняли, что что-то не так… по началу было даже весело, и мы только удивлялись его неутомимости, а потом, он перестал разговаривать, а просто брал всех, до кого мог дотянуться, госпожа Дио пыталась исцелить его, но он…
— Можешь не объяснять.
Я нащупал правой рукой ее восхитительную грудь за что тут же снова получил пощечину, ну вот за что она со мной так, ну расслабился я немножко, ну погулял, зачем же сразу по лицу?
— Открой глаза, я сказала! — Снова пощечина, и я в возмущении приоткрываю глаза, и изумрудное сияние обволакивает меня.
— Поцелуй! — Сквозь потрескавшиеся губы прошептал я. — Поцелуй меня! — Я чувствовал, что это то, что мне нужно в этот момент, и ее губы словно живительная влага припали к моим, ее язык проник в мой рот, и я улыбнулся, что-то мягкое и нежное обволокло мой мозг и он начал проясняться, не сразу, по чуть-чуть, но это было уже что-то.
