В недалеком будущем человечество стоит на краю экологической пропасти. Люди живут в мегаполисах, разделены по доходам и ищут спасение в виртуальной реальности. Игра "Мир Аллара" дарует им иллюзию прекрасной жизни. Но когда грань между реальностью и игровым миром начинает стираться, герои...
Раздел Chitat.online для книги «Мир Аллара. Последний поход» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В недалеком будущем человечество стоит на краю экологической пропасти. Люди живут в мегаполисах, разделены по доходам и ищут спасение в виртуальной реальности. Игра "Мир Аллара" дарует им иллюзию прекрасной жизни. Но когда грань между реальностью и игровым миром начинает стираться, герои...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В недалеком будущем человечество стоит на краю экологической пропасти. Люди живут в мегаполисах, разделены по доходам и ищут спасение в виртуальной реальности. Игра "Мир Аллара" дарует им иллюзию прекрасной жизни. Но когда грань между реальностью и игровым миром начинает стираться, герои...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Да и Конькова я знала, шапочно, конечно, а вот с его дочкой Ингой мы даже раньше дружили, потом правда пути разошлись, она все больше по клубам зависать начала, а я для себя открыла море, пусть и виртуальное, но мне там интереснее."
"— И Эрика, наверное, знаешь? — Меня почему-то задевало то, что Исида тусовалась с компанией, в которой раньше вращалась Инга, после той охоты, и всего, что мне рассказала дочка Конькова, для меня высший свет представлялся чем-то отвратительным, распутным и позорным.
— Штейна? — Переспросила Исида. — Конечно. Три года с ним за одной партой просидели, редкостный придурок, все старался меня за коленку потрогать. — Я скрипнул зубами. — Эй! Да ты никак ревнуешь? — Расхохоталась она. — Да не переживай ты так, не было у меня ничего с Эриком, со всеми его друзьями было, с половиной подруг тоже, а с ним нет. Минетом обошлось. — Эти слова она сказала со страстным придыханием, давая понять, что это лишь шутка, но меня снова почему-то больно кольнуло. — Не парься, не все мы, как Эрик и его компания, только по клубам и оргиям, не у всех нас родители, конченые мрази, вроде Конькова, есть и вполне приличные семьи. — Она на секунду задумалась. — Мало, но есть, но ты сам посуди, какой соблазн, пуститься во все тяжкие, обладая практически бесконечными ресурсами и имея возможность удовлетворить любые потребности. Себя то вспомни, как ты ту рыжую…
— Да что ты докопалась до рыжей. — Не выдержал я. — Запала? Понравилась?
— Не без того. — Согласилась девушка. — Было в ней что-то такое, страстное, я как-то больше по мальчикам, но в данном случае, я бы не отказалась, огонь девка. Но я, это одно, я свободна, как птица, а ты при живой то жене…
— Это необходимость была. — Пояснил я. — Пусть и приятная, находясь в капсуле, и получая удовольствие, тебе в кровь вводятся стимуляторы, наркотики, вырабатывающие серотонин и дофамин, и с каждым разом, тебе этих удовольствий нужно все больше и больше.
— Да знаю я, я же сама теб про это говорила. — Расхохоталась девушка. — И сколько ж девок ты перечпокал, чтобы плотно подсесть, нет я знаю про такое, но там ребята прямо целенаправленно устраивали себе месячные марафоны, а ты такой раз и случайно подцепил эту заразу?
— Я же в капсуле безвылазно был. — Щеки мои покраснели, все она поняла, и про мои оргии, и про гаремы, хотя как это можно было назвать гаремом, так, скорее секс по дружбе, почти всегда по дружбе…
— Да не оправдывайся, не суди людей, если сам не совершенен. А Эрик, он действительно сволочь, каких мало, я его при встрече в игре всегда убиваю, они однажды с дружками поймали меня в море, и не взирая на стремный скин, напялили мешок на голову и в три смены, два дня к ряду, пока я из реала его отцу не нажаловалась.
— Тварь. — Прошипел я сквозь зубы.
