Автор
В мире Аматорио напряженное взаимодействие между персонажами порождает острые эмоции. Гонки и соперничество обостряют отношения с Адрианом, создавая конфликт, который грозит перерасти в физическое противостояние. Нарастающее напряжение между ними раскрывает скрытые привязанности и опасные игры.
– Разве ты не видишь? Ты приносишь ей страдания. Она никогда не будет счастлива рядом с тобой. Если ты ее любишь – должен ее отпустить.
Краем глаза, я вижу, как Кэш и Гаспар отвлеклись от своих дел и наблюдают за нами. Даниэлю обязательно устраивать драму, когда дорогá каждая секунда? К черту его!
– Прямо сейчас я должен вернуть мою девушку и твою сестру, – выпаливаю я.
– Ее похитили из-за тебя! – рявкает Даниэль. – Если бы она была одна и без тебя, с ней бы все было в порядке!
Его глаза сверкают от гнева, и он бы снова набросился на меня, если бы не Кэш, вставший между нами. Даниэль продолжает ругаться, Гаспар просит его успокоиться, а Кэш уводит меня подальше.
– Поехали, брат, – говорит он. – Вернем нашу девочку.
Мои веки тяжелые и усталые, тело будто одеревенело. Не получается пошевелить ни рукой, ни ногой. Все, на что я способна – шептать пересохшими губами о том, кто удерживает меня оставаться в реальности. Кто заставляет меня не впадать в бессознательное состояние.
Больше всего на свете я хочу, чтобы он оказался рядом со мной. Хотя бы на мгновение. Ему бы хватило и этого, чтобы вытащить меня отсюда. Но мне остается только мечтать о нем. Десмонд не обладает сверхспособностями и не знает, где я.
Я медленно раскрываю глаза, но передо мной все расплывается. Постепенно мое зрение проясняется, и я вижу темную комнату. Сколько я здесь нахожусь?
С тех пор, как мне что-то вкололи, я потеряла счет времени. Секунды кажутся минутами, минуты – часами, а часы растягиваются в сутки. Я не знаю, сколько в действительности прошло времени: может быть несколько часов, а может быть и день.
Но я еще дышу, и я все еще, черт возьми, здесь. И я должна выжить. Не этим ублюдкам решать, когда придет за мной смерть.
Я опускаю взгляд и вижу, что наконец могу пошевелить пальцем. Я прикладываю массу усилий, чтобы сдвинуть руку. Мне нужно вытащить нож. С ним я уже не буду такой слабой и беззащитной.
– Ну, давай же, – хрипло шепчу я.
Моя рука меня не слушается. Она дрожит и застывает на середине пути, будто я потеряла над ней управление. Я плачу, умоляю ее обхватить нож, и в моем голосе звучит только боль.
Вдруг раздается глухой стук удара и скрип. На моем теле каждый волосок встает дыбом. Сердцебиение ускоряется. Я вздрагиваю, когда дверь в комнату резко распахивается. Мои глаза прищуриваются от яркого света.
А затем у меня перехватывает дыхание при виде того, кто застыл на пороге.
