– Что ты задумала?
– Ничего из того, что ты перечислил. И я не буду тебе признаваться. Иначе ты начнешь читать мне нотации, как истеричная мамаша.
– Я не собирался тебя отговаривать. Я пришел сюда, чтобы… – он замолкает.
– Чтобы «что»? – уточняю я.
Некоторое время Десмонд молчит. Он переводит взгляд с моего лица на здание спортивного комплекса. Потом вновь смотрит на меня и подходит близко-близко. Его грудь касается моей груди, рука обхватывает мою руку, и я чувствую, какая она теплая и сильная.
– Я пришел сюда, чтобы ты поняла, что можешь мне доверять, – продолжает он. – Я всегда буду рядом. Даже, если ты будешь совершать глупости.
То есть, он считает, что я сейчас веду себя, как идиотка?
От резко накатившего гнева мои щеки под банданой краснеют, а на лбу выступает пот. Пошел ты к черту, Десмонд Аматорио! Я сама во всем разберусь!
– Я не совершаю глупости, – сквозь плотно сжатые зубы произношу я и вырываю свою руку. – Я хочу добиться справедливости, ясно?
Не дожидаясь ответа, я разворачиваюсь и быстрым шагом иду к водопаду. Наклоняюсь и хватаю один из камней, но он выскальзывает из моих пальцев. Чертыхнувшись, я тянусь за следующим.
– Кристиана, – раздраженным тоном говорит Десмонд, приближаясь ко мне. – Положи на место.
Я отказываюсь с ним разговаривать. Выпрямляю спину, поднимаю руку и завожу ее назад. Вместе с этим я прищуриваюсь, пытаясь прицелиться, пока Десмонд жестом просит меня остановиться.
– Мы договаривались, что никаких имен, Грю, – говорю я и с силой швыряю камень.
– Блять! – выкрикивает Десмонд, и в это же мгновение раздается звук битого стекла.
В одном из высоких панорамных окон образуется дыра. Ее моментально окружают трещины, и они распространяются по стеклу с бешеной скоростью. В следующую секунду окно разбивается, его осколки летят вниз, а воздух пронзает резкий звон сигнализации.
Достав из сумки бутылку виски, которое я незаметно стащила из бара, в два счета откупориваю ее. После чего вытаскиваю из кармана носовой платок. А дальше я проталкиваю его в горло бутылки с такой ловкостью, будто всю жизнь делала коктейли Молотова.
– Кристиана, мать твою, только попробуй, – рычит Десмонд, стараясь перекричать ревущую сигнализацию.
Я не обращаю внимания на его угрожающий тон и вынимаю из кармана заранее подготовленную зажигалку.
– Ты же сказал, что поддержишь меня, если я буду совершать глупости!
– Это уже ни хрена не глупости!
С этими словами Десмонд вырывает бутылку из моих рук и швыряет ее об асфальт.