В темном переулке, взгляд пронзает ночь. Тихий тили-тили-бом дрожит в ушах. За каждым шагом следят опасные руки из Dangerous Hands. Эта книга — мерцающая смерть мира. В ее страницах исчезновение кажется обыденностью, а коварство приходит словно грация на коверканные судьбы.
Похоже, «Мир Аматорио. Исчезнувшая» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Внутри горит свет, и от увиденного я сжимаю руки в кулаки, и кожа на костяшках натягивается.
Что, черт возьми, не так с Блаунтом?
Он, как и большинство учеников академии, происходит из богатой семьи. И он, как и большинство учеников «Дирфилда», может позволить себе модель или девушку из эскорта. В конце концов, он может снять цыпочку в ночном клубе, на вечеринке или в любом другом месте. Большие деньги дают большие возможности.
Но этот урод предпочитает накачивать школьниц дрянью, а потом пользоваться ими, превращая в секс-игрушку.
Мой взгляд задерживается на гребаном Блаунте. Отвесив пощечину девушке, он хватает ее за волосы и притягивает ее к себе между ног. Девушка отворачивается и слабо сопротивляется. На ее щеках черные разводы от туши, и я готов его убить.
Сквозь учащенный пульс я слышу звук торопливых шагов. Высунув голову из укрытия, я вижу, как Десмонд набрасывается на водителя и ударяет его. Мужчина падает на капот машины и сползает на землю. Больше он не шевелится.
– Хороший удар, – одобряю я.
Не мешкая, я распахиваю дверь со стороны заднего сиденья. Блаунт расстегивает молнию на джинсах и достает наружу огрызок, именуемым членом. При виде меня он ошеломленно замирает.
– В тебя когда-нибудь втыкали катетер? – невозмутимо спрашиваю я. – Точнее, в твой член?
– Что? – Блаунт шокировано смотрит на меня, вернее на то, что скрыто черной непроницаемой маской.
В этот момент стоящий позади меня Стив делает несколько снимков на свой телефон. Надеюсь, потом он не будет пересматривать в деталях поникший хер Блаунта.
– Ты знаешь, как охренительно больно, когда в отверстие твоего члена втыкают катетер? – интересуюсь я, и лицо Блаунта напрягается с моим каждым словом. – В тебя входит тонкая игла, но на самом деле ты чувствуешь ее, как лезвие бритвы. Чувствуешь, как оно медленно входит под кожу и дюйм за дюймом врезается в плоть битым стеклом.
– Кто вы такие? Что вам от меня надо? – Блаунт взрывается. – Вы вообще в курсе, кто я, мать вашу, такой?
Он бы наверняка продолжил вопить, как стервозная маленькая сучка.
– Заткнись и вылезай из машины, – громыхает он в темноте.
Я издаю раздраженный рык. Вот так всегда. Брат вечно обламывает мой кайф.
Мне хотелось увидеть все оттенки страха Блаунта. Его ужас, истерику, панику и мою любимую заключительную стадию – мольбу. Я бы посмотрел, на что Блаунт готов был пойти, чтобы его отпустили.
