Автор
Кристиана — красавица, она смеется над просьбой своего партнера раздеться для него. Оставшись в статичной позе перед зеркалом, ярко блестящий свет гостиницы играет на ее телесных очертаниях. С каждой секундой его взгляд все более острый и требовательный, вызывая трепет в глубинах моего сердца....
— Сегодня мы собрались не только для того, чтобы отметить начало последнего учебного года. Но и для того, чтобы отпраздновать возвращение Десмонда.
Грейс замолкает, и холл наполняется волнительным полушепотом, плавно перерастающим в девичьи визги и басистые возгласы парней.
— Вместе с близкими я подготовила сюрприз для Десмонда, — продолжает Грейс. — Через минуту в доме выключат свет. В это время я попрошу всех перевести телефоны в беззвучный режим и не разговаривать.
Две девушки, которые были вместе с ней на кухне, начинают проходить сквозь толпу, настойчиво повторяя просьбу отключить звук на средствах связи.
— Когда Десмонд окажется здесь, свет резко зажжется. Затем по моей команде все кричат «С возвращением, Десмонд!»
Пока гости репетирует приветствие вместе с Грейс, я снова смотрю на балкон. Но того парня там уже нет. Через мгновение все вокруг погружается в непроглядную тьму, и в холле раздаются одобрительные возгласы. Мои глаза еще не успевают привыкнуть к темноте, зато я ясно ощущаю затылком чье-то теплое дыхание.
— Привет, Кристи, — произносит мужской голос, и от него на шее каждый волосок встает дыбом.
Я резко оборачиваюсь только для того, чтобы мой взгляд встретился с темнотой холла.
— Кто это? — напряженно спрашиваю я.
Откуда, кто бы он не был, знает мое имя?
Сбоку от меня разносится тихий смешок, и я вновь оборачиваюсь. Страх и волнение делает чувства обостренными, и мое зрение достаточно быстро привыкает к темноте."
"Через просторное французское окно я вижу, как снаружи подводными неоновыми огнями подсвечивается бассейн.
В холле шепот перерастает в гул, когда раздается звук раскрывшейся двери. Кто-то из толпы недовольно шикает, призывая к тишине, и я слышу шаги.
— Пап, — протягивает Десмонд низким голосом. — Кэш… Грейс… Кто-нибудь дома?
Кто-то в толпе нетерпеливо вздыхает, и в затянувшемся молчании это звучит достаточно громко.
— Кто здесь?
Я вздрагиваю от того, как поменялась интонация Десмонда. Он говорит ровно, глубоко, но достаточно, чтобы почувствовать неприкрытую угрозу.
