В сердцах Мира Цитадели жива мертвая тьма, но любовь двух человек пробуждает радость из глубин бесконечности. Вокруг вихрятся свет и тьма, но только рядом друг с другом они несутся к неизвестности, ощущая холодный стык вселенных.
Интересно, это кто-то из тех двоих второго убил или подтянувшиеся хавики его прикончили? Ага, следы машин везде, в том числе и до подъезда того офисного блока, через который я ушел, тянутся. Искали третьего, значит. И людьми натоптано. Не нашли, вот в этом я точно уверен. И дальше следы наложились на ту колею, что мы по пути сюда продавили. По следам нашли и по этим же следам двинули обратно.
– Повнимательней оба, попробуем по их следу пройти, – сказал я.
Власова вторым в кабину посадил, чтобы просто вперед смотрел, пока я веду коптер, Федька и Аникин на пулеметах должны сидеть.
Вон уже окраина впереди и купол реакторного блока виден, сейчас все и выясним. Скорости не прибавляю, чтобы мимо не проскочить, нам нужно над самим двором зависнуть.
Мать твою.
– Шлялись там, уроды, – выругался Федька.
– Вижу.
Машины останавливались у входа в блок, от них следы людей ведут в подъезд. И зашли, и вышли. Не знаю, из любопытства или как, но теперь исходим из того, что хавийя тоже нашли полный реактор. Наш реактор. И теперь его нужно защищать как свой.
– Вов, давай дальше по следу, – снова заговорил Федька. – Посмотрим, как они ехали.
– Так и сделаем.
Это сделать я и без Федькиных советов догадался вообще-то. Нам нужен маршрут их подхода, не думаю, что они будут его менять, если они только начали забираться в эту часть острова. Противника они не ждут, как мне кажется, а при всех других опасностях лучше ездить там, где ты дорогу знаешь.
Следы вывели на погребенное под песком шоссе, в котором остатки покрытия просвечивали только там, где место хорошо обдувалось ветрами. Пока никаких ответвлений в сторону, как приехали, так и уехали.
Но могут и для себя заполучить попытаться.
