Автор
Лана осознает, что жизнь рушится: второй брак рушится, а она сама не в себе. Время превращает ее злость на мужа и себя в решимость изменить судьбу, даже если это означает выброситься из окна. Но как может одна женщина пересечь черту своей жизни?
И понятия не имел, каким отцом он станет и чему станет своего отпрыска учить. Ему, вообще, есть чему научить? Что-то правильное, важное…
– Правда, оно красивое? – Соня развернулась к ним, юбка платья со слышимым шорохом крутанулась вокруг её ног, и девочку привело это в восторг.
– Очень красивое, – подтвердил Иван. – И мы просто обязаны его купить.
Соня подпрыгнула на месте от радости, повернулась к матери.
– Мама, можно, можно?
Лана лишь руками развела, знала, что достаточных доводов для отказа у неё не найдётся.
– Она очень похожа на тебя, маленькую, – сказал ей Иван чуть позже. Наблюдал за Соней, она скакала на одной ноге на разукрашенном полу торгового центра, и пристального внимания не замечала.
– Ты помнишь меня маленькой?
– Конечно, – удивился он.
А Лана почему-то подумала о другом и даже мысленно ужаснулась.
– Твои родители сойдут с ума.
Иван пожал плечами. Эта мысль и самому ему в голову приходила уже не раз за этот день, но, раздумывая об этом, каждый раз он приходил к одному и тому же выводу:
– Мне кажется, они будут рады.
Лана кинула на него быстрый взгляд и спросила:
– А ты? Рад?
Иван на неё не посмотрел, всё так же наблюдал за Соней, очень пристально. Лана только заметила, как он в какой-то момент задержал дыхание, и линия подбородка окаменела. Иван помолчал, после чего сказал:
– Мне нужно всё обдумать.
Что ж, по крайней мере, честно. Лана знала, что для неё ничего хорошего это не сулит, если Ваня что-то обдумывает, то велик риск, что придумает куда больше претензий к ней, чем ответов на свои же вопросы.
Обедали в ресторане неподалёку. Аппетита у Ланы, если честно, не было. Ваня на неё практически не смотрел, общался только с Соней, к тому же, у него без конца звонил телефон. Он смотрел на экран, какие-то звонки сбрасывал, на какие-то отвечал, но разговаривал неохотно и односложно. А Лана старалась не прислушиваться. Несколько раз ему звонила некая Ира, но с ней Иван разговаривал исключительно о рабочих вопросах. И после третьего её звонка, коротко и непонятно зачем, потому что Лана не спрашивала и не собиралась, пояснил:
– Это моя секретарша.
– Молодая и красивая? – пытаясь пошутить, сказала Лана. А он кивнул, но вполне серьёзно.
– Молодая и красивая.
Замечательно. Лана молодых и красивых, длинноногих и фигуристых, терпеть не могла. Но конкретно Ира к ней никакого отношения не имела, поэтому она просто отвернулась, не собираясь комментировать или как-либо развивать эту тему.
