Автор
Лана осознает, что жизнь рушится: второй брак рушится, а она сама не в себе. Время превращает ее злость на мужа и себя в решимость изменить судьбу, даже если это означает выброситься из окна. Но как может одна женщина пересечь черту своей жизни?
О примирении, тем более о его примирении с Ваней, речи не шло. За весь год они ни разу не подали друг другу руки. Упорствовали оба. Но, хотя бы, не ссорились и не ругались при ребёнке.
А Соня новость о том, что дядя Ваня не дядя, а тоже папа, восприняла с удивлением. Ребёнок неожиданно узнал, что в жизни бывают ситуации, когда не сразу решишь, что хорошо, а что плохо. Бывают путаницы и случайности. И с этим надлежало как-то дальше жить. И вот теперь Соня сидела у окна, мотала ногой и думала, по всей видимости, именно об этом.
– Мама, это хорошо?
– А почему ты считаешь, что плохо? Два папы, которые тебя любят.
– А как же мне выбрать? Например, с кем мне пойти на выпускной.
– Тебе не нужно выбирать, – как можно мягче проговорила Лана. – Ты можешь пригласить обоих.
Соня удивлённо моргнула. И сказала:
– Это, точно, будет странно.
Лана улыбнулась.
– И что? Мало кому так в жизни везёт. У некоторых твоих одноклассников и одного папы нет. А у тебя два, и оба замечательные. Тебе очень повезло.
– Наверно. – Соня почесала кончик носа. – Они не будут спорить?
– Не будут, – ответственно заявила.
Соня соскочила со стула, было заметно, что ребёнка переполняет энергия. Лане даже пришлось поймать дочку за руку.
– Отнеси им булочек, бабушка Тома испекла.
Соня смешно фыркнула.
– Люба не ест булочки. Она сейчас вообще ничего не ест, иначе не влезет в свадебное платье.
– Во-первых, напомни ей, что замуж выхожу я, а не она.
Соня вышла через дверь на кухню, аккуратно несла кулёк с выпечкой, и не успела за ней дверь закрыться, как в кухню осторожно заглянул Иван. Кинул на Лану настороженный, вопросительный взгляд. Она его заметила и кивнула.
– Можешь зайти. И выдохнуть.
Сизых на самом деле выдохнул.
