С третьего раза набрал номер.
— Рой, ты где?!
— Дома.
— Дома?! А почему шум такой?!
— Чего ты орешь?!
— Чего ору?! Потому что ни хрена ты не дома!
— А где я, по-твоему?
— Вот и я хочу узнать, где ты, по-моему?! Дай угадаю! Наверное, решил поправить здоровье и отправился в аптеку?!
— Точно. Можешь приехать и проверить.
— Отлично! Еду!
Стив вдавил педаль что было силы, с визгом развернул машину и помчался по мосту, а после вдруг резко затормозил, едва не вылетев через лобовое стекло. Так, стоп! Спокойно! Что я делаю?! Хочу доказать Рою, что он врет?! Зачем? И так понятно. Врет! Хочу поймать его на агонии?! Чтоб сделать еще больнее?! Ему и так больно! Он испытал отчаяние. Резкое. Полнокровное, словно оно переполнило все его вены.
Обессиленный и потухший, Шон подъехал к студии. Маккена сидел на ступенях, опершись локтями о колени.
— Я не был в аптеке, — начал Рой, не дожидаясь вопроса.
— Знаю, — Стив присел рядом. — Я видел тебя.
— Хочешь объяснений?
— Нет.
— Не знаю, что происходит.
— Происходит только то, что ты любишь его.
— Нет.
— Да.
— Почему?
— Почему что? Почему это происходит или почему то, что ты его любишь?
— Почему все? И все в кучу?
— Рой, — Стив понял, что должен сейчас выдать нечто, чего он сам не знает. — Отношения такого рода, ну, то есть, пересыщенные страстью, не могут быть длительными. Они изматывают. То, что произошло - простая усталость и редкостное стечение роковых последствий. Знаешь, — он сделал паузу, стараясь подобрать слова, — я думаю, он сделал единственно возможное в данной ситуации. Он позволил тебе остаться самим собой. Отпусти и ты его. Вы оба бессильны сейчас изменить что-либо. Время рассудит. Если он твой человек - он никуда не денется. Если же нет, то лучше пусть все останется как есть, чем станет еще хуже. Не знаю, кому из вас сейчас тяжелее. То, что происходит с тобой, я вижу. Что с ним - не знаю.
— Он сделал все так, — Рой задумался."
"— Он сделал все так, потому что он - мужчина. Как бы странно тебе это ни показалось. Да, молодой, неоформившийся, но это так и есть. Ты был для него смыслом, и он не хотел видеть твое искаженное гневом лицо. Он взял на себя вину, решив, что является причиной твоего состояния. Он понял, что задел великие принципы Роя, которыми сам же и восхищался. Твой лик бога исказился, и он просто не сумел это перетерпеть. Хочешь правду?
— Ну.
— Если бы ты оскорбил меня так же, как и его, я не уверен, что не убил бы тебя. Как только ты умудрился назвать его грязной дешевой шлюхой? Как ты додумался до этого? Что тобой двигало? Как вообще тебе удалось произнести эти слова, глядя ему в лицо. Он… Он чистый. Ты знал это. Чистый, понимаешь?!
— Знал.