Автор
Десять лет совместной жизни испытывают отношения героев на прочность. Повзрослев, они задаются вечным вопросом: возможна ли бесконечная любовь или со временем чувства неизбежно угасают? Третья книга серии раскрывает, как пара преодолевает кризис и переосмысливает своё будущее вместе.
Раздел Chitat.online для книги «Мир, который без меня. (Альтернативный гей-роман).Книга 3.» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Десять лет совместной жизни испытывают отношения героев на прочность. Повзрослев, они задаются вечным вопросом: возможна ли бесконечная любовь или со временем чувства неизбежно угасают? Третья книга серии раскрывает, как пара преодолевает кризис и переосмысливает своё будущее вместе.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Десять лет совместной жизни испытывают отношения героев на прочность. Повзрослев, они задаются вечным вопросом: возможна ли бесконечная любовь или со временем чувства неизбежно угасают? Третья книга серии раскрывает, как пара преодолевает кризис и переосмысливает своё будущее вместе.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Мир, который без меня. (Альтернативный гей-роман).Книга 3.» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Маккена прищурился. Свет резал глаза. Первая мысль — они прекрасны оба. Он и солнце. Солнечный ангел. С легкими прозрачными крыльями. Господи! Они при нем! Почти такие же, как тогда! В прошлой жизни. На двадцать втором этаже. Только уверенные и сильные. И тело… Уверенное и сильное. Проступает линия позвоночника, чуть искривляясь на пояснице, тренированные мышцы и ямочки на плечах. Рой рассматривал парня и боялся, что его взгляд грубо спугнет мгновение. Татуировка на четвертом позвонке. Р. Г. М. Его авторское клеймо, словно поставленное на произведение искусства. И это когтястое крылатое чудовище на руке, словно недремлющий страж охраняющее вход в его мир.
Рой смотрел на Энди, и с каждой минутой возвращалась тяжесть. Возвращалась боль. Его собственная. Энди. Она тянула ужас, и Рой почти видел, как рвется его мир. Зачем? Зачем Энди здесь? Мир мутнел, словно кто-то последовательно закрывал полупрозрачные занавеси. Одна. Вторая. А Энди там, по ту, другую их сторону. Третья. Они горячие и влажные. Слезы. Человек. Человечек. Прошел не семь, а семьдесят кругов ада, чтобы сейчас стоять здесь? И крыльев нет. Они лишь голографическая память. Мираж воспоминания. Их и не может быть, потому что он падал не только двадцать два этажа и две ступени, а еще двадцать два этажа вниз. Он продал каждую клетку своего тела не один раз. Сотни раз.
Я все еще люблю его. И это после сорока шести этажей падения?
Энди обернулся.
— Я не слышал, как ты проснулся, — улыбается, и губы со шрамом перестраиваются в открытую улыбку. — Как ты?
— Как-то.
Это неправда, потому что не может быть правдой.
— Это лучше, чем никак. Я сейчас. Пройдет совсем чуть-чуть времени, и ты будешь бегать, как резвый жеребенок.
— Скорее, ползать, как старая дохлая кляча.
— Это не ко мне точно, и раз я здесь, то и не к тебе тоже. Верь мне.
— Энди, почему ты…
— Здесь? Потому что нужен тебе. По крайней мере, мне так кажется. Проверим?
Парень не дождался ответа и побежал в гостиную. Те же легкие шаги. Рой ведь уже слышал их. Значит, это не сон. И все остальное… Тоже? Энди вернулся быстрее, чем Маккена успел додумать последнюю мысль.
— Смотри! — весело воскликнул мальчишка. — Человечество изобрело уникальную вещь!
— Что это?
— Это — ложка, а это — банка. Совместим одно с другим и с тобой, и все будет шоколадно! Предлагаю тебе не вникать в инструкцию по использованию этого набора, а лишь открывать рот, закрывать и глотать. Даже жевать не нужно.
— Энди…
— Смотри-ка, что тут написано. Пюре из кабачков с брокколи для детей от пяти месяцев. Это как раз для тебя! И порция солидная. Семьдесят пять грамм. Надеюсь, ты не объешься.
— Ты издеваешься надо мной?
— Помилуй.
