По-моему, нет смысла делать такой телесериал, не имея такой цели — увлечь людей подобным образом. Но для себя ты должен возвести стену. У людей бывают очень резкие мнения. И ты должен напоминать себе, что они ненавидят какого-то персонажа, они ненавидят его — ненавидят ли они меня, как человека, ненавидят ли, как актёра? И любовь воспринимается точно так же. Вы на самом деле не любите меня, вы меня на самом деле не знаете. Но вы знаете моего персонажа, и я очень рад, что вы любите его. И так реагируете на него. Это жесть, по-моему, всё дело в том, что ты на телеэкране, это странная ситуация» (1), понимаете?"
"Это жесть. Энди согласился. Все, что здесь происходит — одна сплошная жесть. Людям нечего делать кроме, как стараться запустить руки и нос в чужие трусы. Не брезгуют же. Почему его не волнует ориентация ни одной из них? Если уж он с ними спит, а надо признаться, что Энди делает это время от времени, ему обычно бывает все равно, кто это делает с ними еще. Его волнует только безопасность секса и больше ничего. Парень улыбнулся. Он вспомнил, как Рой устроил ему семейный скандал, потому что не смог в очередной раз никуда засунуть свою иррациональную ревность. Все щели и дыры были уже забиты, и Маккене ничего не осталось, как продолжать с ней носиться. С какой-то стороны это неплохо, и Энди даже подыграл ему, но только с какой-то. Со всех остальных… Просто лень об этом думать. Рой терпеть не мог блондинов. Стив был тем редким аксиомным исключением, когда принимаешь что-то и все. Все остальные блонды, полублонды и околоблонды не имели место существовать в диапазоне Роевого взгляда на жизнь. Вот уже месяца три, наверное, Энди танцевал с Дианой. Лаура решилась обзавестись ребенком, о чем тут же и сообщила парню. Нет, поначалу он перепугался, подумав, что мог иметь к этому свойственное периодическим совместным ночам отношение, но после успокоился. Если бы все так и случилось, сообщить Рою было бы почти тем же самым, что решиться повеситься после неудачных попыток вскрыть себе вены и утопиться. Теперь Лаура пыталась не растолстеть, Энди танцевал с Дианой, а Рой продолжал ревновать. Он вновь активизировался в постели, а после по утрам не мог открыть глаза. Парень любил это его состояние. Он сонный, теплый, что-то мямлит невнятно, проваливается, вновь всплывает, а после так характерно улыбается… Руки Энди заставляют его улыбаться. Он уже начинает хотеть, но еще пытается доспать. Утро — это святое, и мальчишке нравится дразнить Маккену. Так было всегда, и Энди уверен, так всегда и будет. Не уверен, потому что не всегда. Он уже решил ехать в гостиницу, отключить телефон, и что там будет наутро мямлить Рой, его не будет интересовать. По крайней мере, завтра.