На время – за то, что оно так быстро течет в категории жизни, и так медленно в категории ожидания. Через три недели ему стукнет… Рой боялся даже думать об этом, не то, что произнести вслух, а у него так и не было этого самого времени, чтобы как следует подготовиться. Еще он никак не мог себе простить, что Энди, перевалив тридцатилетний возраст, все еще выглядит лет на двадцать шесть. Стив до сих пор зовет его «деткой», и он ею и остается. Параллельно Рой злится на азиатский кризис, потому что его раздражают сводки о вечно скачущих котировках валюты.
И что-то там с нефтяными барелями. Они каким-то образом то и дело касаются его, хотя он сам никоим образом их не трогает. А еще эта белобрысая девка, с которой Энди танцует в своем шоу. Маккена отмечал, что она до одурения красива и упорно не видел, что она до безобразия талантлива, и это – основная причина, по которой тот не мог удержаться. Конечно, они не говорили об этом, но Рой точно знал, что лучше не говорить. Энди не станет врать, сам он уверен, к чему тогда детализация? У Маккены были огромные неразобранные кучи разных раздражающих факторов, которыми он пытался завалить одну единственную реальную причину – почему? Почему Энди до сих пор с ним? Десять лет изо дня в день этот вопрос выдвигался на первый план, а Рой до сих пор не нашел на него удовлетворительного ответа.
Нет, он, без сомнения, отчетливо понимал, что до сих пор irresistible , опуская то обстоятельство, что тратит все больше и больше сил, чтобы это так и было.
Можно, конечно, играть с самим собой в догонялки. Сам убегаешь, сам себя догоняешь, только вот зачем? Бег на месте с препятствиями исключает состязательность, и этот извечный вопрос «почему» вновь торчит посреди жизни, как шип в стуле. Рой уже начал догадываться, что устал держать себя в куче различных форм, но альтернативы не было, и он упорно продолжал. Ему иногда хотелось запустить гантелей в тренера по фитнесу, а после пойти и разгромить косметический салон.
Или взять гантель и убить тренера в косметическом салоне, чтобы ни от того, ни от другого не осталось и следа, но возвращался парень… Обана! Какое-то не то определение, хотя… Энди до сих пор оставался мальчишкой. Он несся по жизни, и та уже нередко страдала одышкой, стараясь за ним поспеть. Маккена давно перестал его догонять, смирившись с тем, что так и так придет вторым. Неплохо. В его-то возрасте.
Рой улыбнулся.
