Майки кивнул, наконец уразумев вывихнутую логику своей сестры.
— А как только с миром живых будет покончено... всё самое любимое и ценное перейдёт...
— Вот именно, — подхватила Алли. — Вообразите себе мир, состоящий лишь из памяти того, чего уже нет. Вот такого будущего хочет Мэри. Она хочет, чтобы вообще не существовало никакого будущего.
Некоторое время все молчали. Алли подумалось, что они могли бы закрыть дверь хранилища и бросить весь остальной мир на произвол судьбы. Но ведь такой поступок будет не лучше того, что задумывает Мэри. Вот, значит, при каких обстоятельствах их снова свела судьба. Всё так изменилось с момента, когда они в последний раз встречались все втроём. Алли думала тогда, что она мертва, Майки был монстром на полную ставку и намеревался стать владыкой мира, а Ник был всего лишь мальчиком-послесветом с пятнышком шоколада на лице. И хотя Междумир — это место, где всё пребывает в вечной неизменности, для них троих изменилось очень многое.
Первым заговорил Майки.
— Она ничего не сможет сделать без скинджекеров.
— Точно, не сможет.
Сама будучи скинджекером, Алли сознавала это лучше кого-либо другого. Она знала, как легко изменить течение жизни в живом мире, стоит только скинджекить нужного человека в нужное время. А возможностей покончить с миром, если тебе под силу вселиться в кого угодно и забрать власть над его телом, и не перечесть. Но без скинджекеров Мэри совершенно беспомощна в отношении всего живого.
— Значит, не её мы должны остановить, — пришёл к выводу Майки. — Мы должны покончить с её скинджекерами прежде, чем они смогут уничтожить мир. Нам нужно загасить их всех.
— Нет! — Все трое вздрогнули и обернулись. На пороге хранилища стоял Кларенс. — Нет! Я не стану этого делать! И вы меня не заставите!
Майки поднялся.
— А что если это единственный способ спасти мир?
— Тогда пусть мир катится к чертям! — Кларенс обвиняюще наставил на Майки палец. — Это же не ты стёр кого-то с лица вселенной! Не ты почувствовал, как умерла его душа! Да лучше пусть все уйдут по туннелю навстречу высшему судии, чем я ещё раз увижу, как кто-то становится ничем!
Пылающий взгляд Майки уставился в холодный междумирный глаз Кларенса, но потом юноша остыл, сжался, и с побитым видом вновь опустился на пол; ему, кажется, даже стало стыдно. Как бы там ни было, а это именно он, Майки, решил использовать Кларенса в качестве оружия. Это его, Майки, вина, что оружие дало осечку.
— Малышка хочет, чтобы ты пришла к ней, — сказал Кларенс Алли. — Я ей уже надоел.
— Скажи, что я подойду через минутку.
Когда Кларенс ушёл, вновь воцарилось молчание. Наконец Ник, который за весь разговор проронил только пару фраз, промолвил:
— Наверно, они пошли куда-то в Айдахо. — Алли и Майки озадаченно уставились на него.