Автор
В начале истории герой пробуждает в себе силу и обнаруживает мир Российской империи конца XVIII века, полном мистики и кровожадных тварей. Чтобы выжить, ему приходится осваивать магию и бороться с враждебными силами, наблюдая за опасным Вием.
Раздел Chitat.online для книги «Мир падающих звезд VIII. Железный человек» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В начале истории герой пробуждает в себе силу и обнаруживает мир Российской империи конца XVIII века, полном мистики и кровожадных тварей. Чтобы выжить, ему приходится осваивать магию и бороться с враждебными силами, наблюдая за опасным Вием.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Мила Бачурова Легкое чтение Любовные романы Попаданцы Самиздат подборки серии
В начале истории герой пробуждает в себе силу и обнаруживает мир Российской империи конца XVIII века, полном мистики и кровожадных тварей. Чтобы выжить, ему приходится осваивать магию и бороться с враждебными силами, наблюдая за опасным Вием.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А он лыбится. Соображаешь, говорит. Пошли со мной. И привёл меня к мастерской господина инженера. Велел подстеречь его и убить, трость рядом стелом бросить. Сказал, что риску нет никакого, ходит этот господин всегда поздно, когда на улице нет никого. В одиночку ходит. Подкараулить, сзади огреть — и всех делов. А коли не соглашусь…
— В участок отведёт.
— И что же пошло не так? Ползунов оказался не таким безобидным, как ты думал?
— Так ведь и я не душегуб! Ворую сызмальства, судьба моя такая, а в мокрые дела отродясь не совался. Да инженер тоже — вроде образованный, а силы немалой. И держаться привык востро, шаги мои услышал. Не сумел я к нему незаметно подойти, он обернулся. Да как бросится! Кабы не кистень, не сладил бы я с ним. А тут ещё откуда ни возьмись барышня несётся, за ней слуга… В общем, я трость бросил, как велено, а сам дёру. Мне тот, в очках слепых, штуку эту дал. Чтобы удрать споро, ежели чего не так.
— Да есть одно местечко…
— Ясно. А сегодня, значит, опять воровать пошёл?
— А что мне ещё делать? Жить-то надо.
— Всем надо. Только не все воруют. А «в очках слепых» — это что значит? Как этот ублюдок выглядел?
— Ну, чёрные очки у него, как слепые носят. Только он не слепой, зрячий не хуже меня. А очки, верно, нацепил, чтобы не признали. У него и шляпа на самый нос надвинута, чтобы личность не разглядеть.
— То есть, опознать его ты не сможешь?
— Я спрашиваю, если снова с ним встретишься, сможешь узнать?
— По голосу ежели только…
— Ну, хоть так. Ладно, понял. Скажу в участке, чтобы сильно далеко тебя в каторгу не загоняли. Вдруг понадобишься. Вставай, чего разлёгся?
Я убрал колено, дёрнул Николку за шиворот.
— А что это вы такое делаете, господин хороший? — раздался вдруг позади протяжный голос. — Пошто это вы приличному человеку руки связали?
Я резко обернулся. Дорогу преградили трое.
Лохмотья, грязь, гнилые зубы, поигрывают ножами и кистенями. В тёмной подворотне и публика соответствующая.
— Спасите, братцы! — ринулся к ним Николка. — Век не забуду!
Я вырубил его ударом кулака. Выхватил из ножен меч. Тот засветился. Троица застыла.
— Охотник! — взвизгнул самый сообразительный. — С мечом светячим! Шухер!
Троица бросилась врассыпную.
Я швырнул Ударом на землю того, что выглядел серьёзнее остальных. Поднял за шиворот, прижал к стене.
— Не слышу! — я поднёс к его роже кинжал.
— Стенька Рябой. Это наша улица!
— Не, Стенька, наврали тебе. Улицы — общественное достояние. Зачем вы здесь? Николку пасли?
Стенька угрюмо молчал.
