Ну а чего я ждал? Что всё своё богатство робот-сборщик хранит под открытым небом?..
— А это что, всё — твои угодья? — спросил я. — Аж на сто вёрст тянутся?
— Не. Там, где встретились, не мои. Хотя пожалуй, что и мои.
Леший вдруг захохотал в голос и заухал, как филин, в лице появилось что-то звериное. Но этот припадок быстро прошёл.
— Тамошнего хозяина-то убили в прошлом году.
— Было, — кивнул Гравий, — сказывали.
— Так вот я и не знаю, то ли ничейный лес там, то ли мой. Оно и так, и этак хорошо…
— Ты бы, дед, меньше пакостил, — сказал я. — Больше помогал бы заблудившимся. Глядишь, вашего брата бы меньше убивали.
— Чего это я помогать обязан? Да я вашу человечью породу ненавижу! Иной раз бывает, встретишь человека — ух! Хороший человек, можно работать. Из таких колдуны да ведьмы получаются знатные. А остальные — тьфу! Нет, охотник, и не мечтай, не помириться нам. Вот с общей бедой управимся — тогда и будем воевать снова. Ну чего, идём в берлогу?
Гравий молча двинулся вперёд, к пещере. Леший немедленно вцепился ему в плечо.
— Куды⁈ Так он тебе и оставил всё нараспашку!
Нахмурившись, Гравий сотворил такой же Знак, как был у Земляны. Фейерверк взметнулся в небо, а падая, зеленоватые огни осветили пространство у входа в пещеру. Стали видны четыре Отсроченных Костомолки.
— А парень-то разбирается! И ты, дед, выходит, Знаки видишь?
— Я-то вижу. Дорого заплатил, но теперь зато меня вашему брату не изловить.
— Ну и как проходить будем? Это вообще можно убрать?
Гравий помотал головой:
— Не. Западни — можно своими перекрыть, а к Костомолкам лучше не соваться.
— Палку кинуть, — предположил я.
— Тебе лишь бы палки кидать…
— Костомолка сработает на палку — и проходи.
— Орясина почует, — вмешался дед. — И прискачет — ой, как быстро! Не хуже меня бегать умеет. Хотя, пожалуй, что и похуже…
Тут леший снова увлёкся, запрокинул голову и завыл по-волчьи. Потом хлопнул себя руками по бокам и вернулся к человечьей речи.
— Он Знаки всегда на одном и том же месте рисует. Я единожды рискнул — получилось. Авось, и вас проведу. Айда за мной.
Подойдя ко входу слева, леший глубоко вдохнул и подул. Немедленно поднялся ветер. Со склона холма, в котором располагался вход в пещеру, слетел приличный слой снега. Леший пошёл первым.
Он прижался к холму спиной и медленно, бочком, прошёл мимо ловушки. Оказавшись внутри, махнул рукой.
«Ох, не нравится мне это!» — говорило лицо Гравия.
— Останься тут, — сказал я. — На всякий. Если что… Ну, что-нибудь сделаешь.
— Верно, — кивнул Гравий. — Останусь.
Я повторил маневр лешего.
— Доспехов не ставь! — предупредил тот. — Там на шишечку зазорчик.
— Угу, — только и ответил я.
Давненько такого адреналина не было. Дня два-три, не меньше. Но — прошёл, встал рядом с лешим. Тот молча двинулся вглубь пещеры.