В сердцах военных станций и под гудком паровоза я увидела мир всем: песни, танцы и восхитительные запахи. Теперь снова летят поезда, но уже не на демобилизации, а на поиск новых приключений и радостей в чистом поле жизни, наполненном дружбой, весельем и вкусными пирожками....
"
"— Да дура была, вот и назвали, — словоохотливо пояснила Маша, любовно отвесив сыну лёгкой подзатыльник. — У нас перед войной на фабрике словно поветрие какое- то прошло, называть детей по-новому. Вот и я поддалась, — она махнула рукой, — Энмарк — это значит Энгельс и Маркс. В войну, конечно, я за свою глупость полной лопатой неприятностей огребала. Редко кто не спрашивал, мол, не немцы ли вы? А какие мы немцы? Мы с мужем из Вологды на своих двоих по комсомольскому призыву притопали чернорабочими на погрузку-разгрузку.
В первый раз я увидела Энку утром второго или третьего сентября, когда вышла из туалета. Он стоял напротив двери и смотрел на меня круглыми кошачьими глазами, и вся его конопатая рожица отображала крайнее изумление:
— А разве учителя ходят в туалет?
Откуда-то он знал, что я учительница, хотя за хлопотами я едва успела переброситься с соседями парой фраз и уж точно не сообщала о своём месте работы.
— Ты меня в школе видел? — догадалась я.
— Ага. Я в мужской во втором «А» учусь. А вы у малявок?
Я поправила полотенце, перекинутое через руку:
— Не у малявок, а у первоклассников. Ты в прошлом году таким же был. А учителя самые обычные люди, которые как все остальные едят, пьют и спят, а не только тетрадки проверяют да оценки ставят.
По-моему, Энка мне не поверил.
Прямо напротив моей комнаты жили муж и жена Алексеевы. Когда бы я ни выходила в коридор, за дверью Алексеевых немедленно раздавались осторожные шаги и шорох, словно кто-то приникал к замочной скважине. Долго гадать, кто там, не приходилось, потому что сам Алексеев возвращался с работы около пяти часов вечера. За сорок лет своей жизни он успел нажить внушительный животик, туго выпиравший из полотняного френча с двумя отложными карманами на груди.
Как объяснила мне Галя, глава семьи Леонид был большим человеком — товароведом на стройбазе. Галя знала про всех и всё и охотно делилась сведениями при каждом удобном случае.
— А стройбаза это что? — сама себя спросила Галя и сама себе ответила: — Стройбаза это дефицит. Я вон хотела подоконники покрасить, так пришлось к соседу на поклон бегать.
