В мире "Миражей Амальгамы", где реальность переплетается с фантастикой, читатель возвращается к месту, где каждый шаг может быть предсказуемым и неизвестным одновременно. Книга тонко раскрывает глубину человеческих связей и загадочность природы, создавая плавный переход от повседневной жизни к невероятным событиям, оставляя читателя с головой в удивительном мирами....
– Солнце, оно как большой ярко-жёлтый блин, очень красивый блин, правда без повидла. Съесть нельзя, зато любоваться можно, и тёплое, как пуховое одеяло, – Олав ободряюще сжал руку Хаима.
Они посмотрели друг на друга и дружно рассмеялись. Решили расположиться под Каштаном. Притащили стол, тарелки со сладостями и коробки с мыльными пузырями.
– Трава зелёная? – заволновался малыш, боясь сдвинуться с места. – Как в книжке?
– Конечно, какой же ей ещё быть? – удивился Олав, забыв, что на мальчике затемнённые очки.
Тимур с Кренделем укоризненно посмотрели на него. Тот смутился и добавил:
– Хочешь потрогать?
Они гуляли до самого обеда. Хаим быстро освоился. Носился вместе с Торопыжкой за бабочками, плёл венки с Олавом и вдоволь накатался на Кренделе. Его счастливый смех раздавался то на одном, то на другом краю поляны. Тимуру показалось, что даже Серебристый каштан шелестит сегодня как-то по-особому, наблюдая за маленьким гостем. Дома компанию ждал сюрприз – рядом со столом за каких-то три часа вырос маленький стульчик на высокой ножке, как раз для Хаима.
После обеда осоловевшего от еды мальчика отнесли наверх, и Тимур с Олавом занялись детальной разработкой плана. Было решено проникнуть в академию после полуночи. Дежурили там всего два охранника и перед пересменкой вдвоём проходили по этажам, проверяя аудитории.
– Это самое удобное время. Вы бы знали, сколько я страха натерпелся, пока стоял под окнами, – поделился Олав.
– Стоп, – удивился Крендель, – если ты стоял внизу, то откуда знаешь, что они ходят по кабинетам?
– Свет в окнах зажигался поочерёдно, – спокойно ответил Олав.
– Надо же, всё так просто, – дёрнул себя за ус Крендель. – Мне кажется, дорогие мои, я сижу с двумя будущими великими детективами.
– А ты сомневался? – Тимур хитро посмотрел на проводника. – О нём ещё вся Амальгама говорить будет.
Олав залился краской, он никак не мог привыкнуть к тому, что им можно восхищаться.
Время до полуночи пролетело незаметно. Небо затянули облака, и ночь предстояла тёмная.
– Нам везёт, – голос Олава дрожал от напряжения.
До академии они добрались на кебе, вылезли на соседней улице и остаток пути проделали пешком. Дождавшись, когда на верхнем этаже загорится свет, компания проскользнула в открытую Хаимом дверь. По очереди неся малыша на руках, Тимур с Олавом и проводником спустились в архив.
Крендель первым добрался до двери и с интересом стал рассматривать замки.
– Неужели получится? – недоверчиво прошептал он.
