Автор
В бесконечных песках пустыни вынужден двигаться шаг за шагом. Жизнь становится непосильной борьбой с жарой и желанием напиться воды. Песок царапает кожу, словно злобная насмешка над уставшим телом. Как долго я иду? Часы теряются в бесконечных ожиданиях, дыхание становится тяжелым, а губы болезненно обветрены от безмятежной стужи....
Подняться резко боюсь, кто их знает, как они воспримут голого парня, и сказать ничего тоже не могу.
-Который раз убеждаюсь, что у некоторых рабынь ум вообще отсутствует, - появился Тэкис и спас меня из глупого положения. - Как вам господин сможет приказать подняться, если у него горло повреждено?
Девушки все еще стоя на коленях на земле, испуганно посмотрели на меня. Они что, думают, я недоволен буду, такими взглядами на меня смотрят? Я осторожно улыбнулся, насколько позволяли мои потрескавшиеся губы.
-Принимайтесь за работу! - рявкнул Тэкис, и тут же, как бы извиняясь, поклонился мне.
Девушки облегченно вздохнули, как только Тэкис скрылся за тканью прохода, но тут же снова настороженно глянули на меня.
А я сижу и молчу, что еще могу сделать-то?
Впихивали меня в какие-то полупрозрачные тряпки очень проворно. Сразу же для себя отметил, что подобная одежда в жарком климате пустыни просто жизненно необходима. Шаровары, длинная туника, и такое же покрывало, из тончайшей ткани, закрывающее меня с головы до ног, и держащееся на мне за счет позолоченного обруча.
-Вы прекрасны, господин, - щебетали рабыни. Я только глупо улыбался. Непроизвольно дотронулся до своего разукрашенного ошейника. Все же не привык я таскать украшения на шее. Ладно, серьги, уши у меня для этого как раз проколоты, а вот ошейник, это явно перебор.
Одна из рабынь, видимо поняв мой жест по -своему, также как и наличие у меня подобного изящного аксессуара, решила немного просветить меня.
-Господин, у Вас такой прекрасный ошейник, но я бы не хотела иметь такой, - закончила она немного грубо. Не пойму, то ли она мне посочувствовала, то ли она мне позавидовала? Пойми, разберись, если не продолжит говорить. Делаю удивленные глаза, и провожу по ее тонкому кожаному ошейнику рукой, а затем по своему, украшенному рубинами, и после показываю, жестом "" говори"".
Рабыня боязливо осматривается, и шепчет мне на ухо, от чего другие рабыни, зло смотрят на нее.
"-Наши ошейники, заставляют подчиняться, посылая сильную боль, и только. А Ваш, господин, особенный.
Ну, только не замолкай!!!
-Хозяин сможет знать, где Вы находитесь постоянно и на близком расстоянии читать Ваши мысли, - прошептала она.
Ну, это не смертельно. Предполагал, что работорговец не дурак отпускать и помогать мне просто так.
